next perv

Забытое изгнание



По материала статьи Яира Хоффмана, опубликованной в газете Ha-Aretz. Яир Хоффман – профессор-эмеритус кафедры библеистики Тель-Авивского университета.

В отличие от вавилонского изгнания, изгнание Иехонии, произошедшее 11 годами ранее, практически не оставило следов в еврейской национальной памяти. Амежду тем, именно это изгнание создало социальную, экономическую, религиозную илитературную инфраструктуру еврейской жизни вне Израиля.

 В 70-й год, в месяц кислев царь Аккада собрал своих воинов, отправился в землю Хититов, и осадил город в Иудее. В месяц адар, на второй день он захватил город и взял в плен царя. Он поставил нового царя по своему сердцу, наложил тяжелую дань, и отослал ее в Вавилон.

Этот отрывок из аккадской хроники эпохи вавилонского царя Навуходоносора II, датируемый 598 годом до н.э., является одним из важнейших небиблейских источников, сообщающих о первом изгнании. В Библии же о нем сказано так:

И вышел Иехония, царь Иудейский, к царю Вавилонскому, они мать его, и слуги его, и князья его, и евнухи его,- и взял его царьВавилонский в восьмой год своего царствования. И вывез он оттуда все сокровища дома Господня и сокровищацарского дома… И выселил весь Иерусалим, и всех князей, и все храброе войско,-десять тысяч было переселенных,- и всех плотников и кузнецов….  Переселил он Иехонию в Вавилон; и мать царя, ижен царя, и евнухов его, и сильных земли отвел на поселение из Иерусалима вВавилон.И все войско числом семь тысяч, и художников и строителей тысячу, всеххрабрых, ходящих на войну, отвел царь Вавилонский на поселение в Вавилон.

II Царей, 24:12-16

11 лет спустя тот же царь Навуходоносор разрушил Иерусалим и Храм, казнил царя, и депортировал значительную часть населения Иудеи и Иерусалима. Началось «вавилонское изгнание», положившее конец 400-летнемуцарствованию дома Давида.

Как уже было сказано, первое изгнание оставило мало следов в национальной памяти и литературе. Однако, как показали новые исследования, именно изгнанники Иехонии заложили общественные, экономические и религиозные основы еврейской жизни в рассеянии – основы, на которых напротяжение многих веков будет строиться еврейская жизнь диаспоры. Именно им впервые удалось доказать, что даже вдали от родины, без Храма и царской власти,можно не просто выжить,  не утратив своей идентичности, но и создать развитую национальную культуру, способную цвести и плодоносить на чужой почве.

Именно эта инфраструктура обеспечила «мягкую абсорбцию»евреев, изгнанных после разрушения Иерусалима. Поэтому пророк Иеремия знал, что говорил, когда уподобил первых изгнанников «хорошим смоквам» – в отличие от «плохих смокв», олицетворяющих тех, кто остался тогда в Иудее (Иеремия, 24).

Кто были эти еврейские переселенцы?

Об изгнанника Иехонии исследователям напомнили недавно расшифрованные клинописные аккадские таблички (некоторые из них были выставленыв иерусалимском Музее библейских стран). Эти таблички свидетельствуют, что в районе Нипура, на берегах Евфрата, в 120 километрах к юго-востоку от Вавилона,существовали сельскохозяйственные поселения с еврейскими названиями:Бейт-Нешер, Ир-Йегуда, Бейт-Авирам и Бейт-Товия. Жители этих селений так же носили еврейские имена: Нерия, Йегоэзер, Овадия, Надавия, Шмая…

Большинство этих текстов относятся к эпохе персидского правления. Однако некоторые из них датируются царствованием Навуходоносора, и были записаны 26-28 лет после изгнания Иехонии. Таблички отражают повседневную жизнь тамошних жителей, которые занимались земледелием, выращивали смоквы, торговали, брали и давали ссуды, заключали брачные договоры… Некоторые из них были достаточнобогаты: одни торговали с Вавилоном, другие занимались пивоварением, и т.д.

Кто были эти еврейские переселенцы? Судя по всему, они не были изгнаны после разрушения Храма, но принадлежали к числу изгнанниковИехонии, которые к 589 до н.э. жили в Вавилоне уже 11 лет, и успели социально и экономически адаптироваться. Среди тех, кто упоминается в более поздних табличках, были, похоже, и те, кто оказался в Месопотамии после разрушения Храма.   Первые изгнанники приняли их как братьев, облегчив им преодолениекризиса, с которым неизбежно сталкиваются любые беженцы и изгнанники,вынужденные начинать жизнь заново.

Согласно Писанию, изгнанники Иехонии поселились в двух районах. Представители элиты осели в столичном Вавилоне, где находился в заключении сам царь (которого, впрочем, содержали достаточно гуманно; как свидетельствуют документы из дворца Навуходосора, дети царя Иудеи получали пищу и даже имели слуг). Информация об этой общине приводится в книге Иеремии. Основная же масса осела в районе Нипура, т.е. именно там, где находились упомянутые селения. Согласно книги Иехезкиля, пророк жил именно с этой группой: «И пришел я к переселенным в Тел-Авив, живущим при реке Ховаре, и остановился там, где они жили» (3:15).

Иерусалимская элита, поселившаяся в столице, была настроена  анти-вавилонски.  Согласно книге Иеремии, ее лидеры, вместе с единомышленниками, оставшимися в Иудее,призывали к восстанию против Вавилона, обещая, что через два года Бог возвратит всех изгнанников домой. Эта иллюзия позволяла изгнанникам рассматривать свое изгнание как временное преходящее испытание, не считая его национальной катастрофой.

Сам Иеремия, однако, призывал к лояльности и покорности,и жестоко критиковал своего оппонента Хананию сына Азура, сторонника мятежа. Иеремия не только убеждал царя Цидкию и его вельмож не бунтовать, но и писал изгнанникам в Вавилон, убеждая их, что избавление наступит нескоро, и призываяих адаптироваться к жизни в изгнании. При этом ему приходилось спорить с пророками, жившими в Вавилоне, которые, подобно иерусалимцу Ханании, былисторонниками мятежа.

Стратегия выживания

Стратегия выживания изгнанников, осевших в столице, была диалектической. С одной стороне, они надеялись на скорое избавление, с другой, на случай, если оно не наступит, приспосабливались к жизни в изгнании.  

Факт переписки между Иерусалимом и Вавилоном,равно как и анализ книги Иеремии,  свидетельствует,что среди изгнанников были грамотные люди, не только умевшие писать, но и редактировавшие священные тексты – а так же создававшие свои тексты, которыестановились частью канона. Свидетельства этому мы находим во Второзаконии, книгах ранних пророков, Иеремии и Михи, а так же в псалмах.

Если в Иерусалиме грамотность оставалась, преимущественно, уделом храмовой и придворной элиты, среди изгнанников она подверглась определенной демократизации. Все изгнанники могли учиться читать и писать, в том числе в домашних школах, готовящих писцов, подобных существовавшим в месопотамской культуре.

Источником сведений об изгнанниках Тель-Авива служит книга Йехезкиля, начинающаяся словами: «И было в тридцатый год, в четвертый месяц, в пятый день месяца, когда я находился среди переселенцев при рекеХоваре… В пятый день месяца (это был пятый год от пленения царя Иоакима». (1:1-2).   Пророк имел в виду пятый год пребывания изгнанников в краях, которым предстояло стать их постояннымместожительством.

Стратегия выживания тель-авивской общины была принципиально иной, чем у столичной элитой. Здесь не мечтали о мятеже и не тешили себя иллюзией скорого возвращения на родину. Соответственно, здесь не было конфликта между двумя противоположными мнениями, как вести себя в изгнании. «Тель-авивцы» отказались от мятежа, сделав выбор в пользу адаптации к жизни в диаспоре.

Вместе с тем, если говорить о распространении грамотности, то здесь разницы между двумя общинами не наблюдалось. Пророк Йехезкиль особенно ценил искусство письма, видя в нем важный инструмент проповеди и обучения. Возможно, именно поэтому он оказался первым и единственным из пророков, с кем Бог общался не устно, а письменно: «И увидел я,и вот, рука простерта ко мне, и вот, в ней книжный свиток. И Он развернул егопередо мною, и вот, свиток исписан был внутри и снаружи» (2:9-10). Свиток –очевидное свидетельство грамотности. Так же не подлежит сомнению, что у него были ученики, записывавшие и переписывавшие его пророчества, и даже добавлявшие тексты к Пятикнижию (например, Ваикра, 26:33-65).

Одной из самых серьезных проблем, с которой столкнулись изгнанники, была удаленность Храма. В эпоху I Храма жертвоприношения оставались практически единственной формой коммуникации с Богом. Как же поступали изгнанники, не имея возможности бывать в Храме. В данном случае упомянутые общины так же придерживались разных стратегий.

Грехи Иерусалима

В Вавилоне душевные муки изгнанников облегчала надежда на скорое избавление: они надеялись, что разлука с Храмом будет недолгой.  Позже изгнанники разработали уникальную идеологическую доктрину, касающуюся Храма, которую изложили в молитве царя Шломо, вошедшую в книгу Царей.

Согласно этой доктрине, Храм не является жилищемВсевышнего, который не нуждается в жертвоприношениях. Храм – дом, носящий имя Бога; его предназначение – быть «домом молитвы», а не местом жертвоприношений. Более того, верующему даже не обязательно лично бывать в Храме!

Когда они согрешат пред Тобою,- ибо нет человека, который не грешил бы,- и Ты прогневаешься на них и предашь их врагам, и пленившие ихотведут их в неприятельскую землю, далекую или близкую; и когда они в земле, вкоторой будут находиться в плену, войдут в себя и обратятся и будут молитьсяТебе в земле пленивших их, говоря: “мы согрешили, сделали беззаконие, мывиновны”; и когда обратятся к Тебе всем сердцем своим и всею душою своею вземле врагов, которые пленили их, и будут молиться Тебе, обратившись к земле своей, которую Ты дал отцам их, к городу, который Ты избрал, и к храму, которыйя построил имени Твоему, тогда услышь с неба, с места обитания Твоего, молитвуи прошение их и сделай, что потребно для них.

I Царей, 8:46-49

Таким образом, то, что верующий не может попасть в Храм, перестает быть проблемой. Подобная теология могла возникнуть только в контексте изгнания Иехонии, когда Храм еще стоял, но множество евреев лишились возможности его посещать. 

Тель-Авивская община решала  проблему недоступности Храма совершенно иначе. Она в принципе не считала нужным жалеть об этом, поскольку для нее иерусалимское святилище давно уже перестало служить жилищем Всевышнего. Йехезкильсчитал Иерусалим грешным городом, а Храм – средоточием идолопоклонства! «И вошел я [в Храм], и вижу, и вот всякие изображения пресмыкающихся и нечистых животных и всякие идолы дома Израиля, написанные по стенам кругом… И сказал мне: обратись, и увидишь еще большие мерзости, какие они делаю… И ввел меня во внутренний двор дома Господня, и вот у дверей храма Господня, между притвором и жертвенником, около двадцати пяти мужей стоят спинами своими ко храму Господню, а лицами своими на восток, и кланяются на восток солнцу» (8:10-16).  Поэтому, утверждал пророк, слава Всеышнего покинула Иерусалимский Храм, и пребывает теперь «на реке Ховар» (10:22) – там, где Бог впервые ему открылся.  Грехи Иерусалима, утверждал Йехезкиль, приведут к разрушению Храма и новому изгнанию – и только после этого придет избавление.

Такое восприятие действительности поднимала самооценку «тель-авивсцев»: они лучше оставшихся в Иерусалиме, более  того, они ближе к Богу. Такая теология так же смягчила шок, вызванный разрушением Храма, поскольку, во-первых, они этого ожидали, а во-вторых, для них это стало знаком грядущего избавления.

Вместо Храма и жертвоприношений Йехезкиль проповедовал религиозную доктрину, основанную на двух элементах: идее  личной нравственности и взаимной ответственности, и скрупулезном соблюдении относительно небольшого числа заповедей, отличающих изгнанников от их окружения: запрета идолопоклонства, законов семейной чистоты и субботы.

Позже с этой доктриной познакомились изгнанники, депортированныев Вавилон после разрушения Храма. Для них она так же стала руководством, как строить еврейскую жизнь в изгнании.  

Как стадо в овечьем загоне

Мы уже упомянули молитву Шломо в качестве примерапсевдоэпиграфического текста, написанного вавилонскими изгнанниками и ставшего частью книги Царей. Его авторы и редакторы принадлежали к той же «девторономистической» школе, которая господствовала в Иерусалиме в 621 году до н.э., когда было опубликовано Второзаконие (книга Дварим). Авторы этой школы традиционно вкладывали свои мысли в уста великих людей прошлого. Именно это произошло со Второзаконием, приписанным Моше, а так же речами, которые они вложили в уста Йегошуа бин Нуна (24:10-27), ангела Всевышнего (Судей, 2:1-3) или пророкаШмуэля (I, 8:11-20).  

Кроме того, вавилонские писцы сделали несколько вставок в книгу Дварим, находившуюся в их распоряжении, «заставив» Моше предсказать грядущее изгнание и последующее избавление (4:25-31, 28:63-68).  Пророк Йехезкель и его ученики в Тель-Авиве поступали так же. Примером такой вставки может служить Ваикра, 26:33-45 –отрывок, в котором так же говорится о разрушении и последующем избавлении.

Вавилонские изгнанники так же писали пророчества, которые вставляли в книги ранних пророков.  Примером здесь может служить предсказание о грядущем собирании изгнанников из книги Михи: «Непременно соберу всего тебя, Иаков, непременно соединю остатки Израиля,совокуплю их воедино, как овец в Восоре, как стадо в овечьем загоне; зашумят они от многолюдства. Перед ними пойдет стенорушитель; они сокрушат преграды,войдут сквозь ворота и выйдут ими; и царь их пойдет перед ними, а во главе их Господь» (2:12-13). Подобное воинственное предсказание могло возникнуть в одном единственном историческом контексте: среди живших в Вавилоне изгнанников, в числе которых был и царь, низложенный Иехония.  

Инфраструктура национального выживания

Как уже было сказано, изгнанники Иехонии заложили основу национальной и религиозной жизни в изгнании. Благодаря этому евреи, депортированные из Иерусалима, смогли обосноваться на новом месте и заняться социальнойи экономической акклиматизацией, не отказываясь при этом ни от своего наследия, ни от надежды вернуться  на родину.  Если бы не это, весьма вероятно, что изгнанники второй волны, пережившие травму длительной осады и разрушения Храма,так и не смогли бы пройти в себя после депортации.

В 538 году до н.э. персидский царь издал указ,разрешающий евреям вернуться на родину и отстроить Храм: «Так говорит Кир, царь Персидский: все царства земли дал мне Господь Бог небесный, и Он повелел мне построить Ему дом в Иерусалиме, что в Иудее. Кто есть из вас, из всего народа Его,- да будет Бог его с ним,- и пусть он идет в Иерусалим, что в Иудее, и строит дом Господа Бога Израиля, Того Бога, Который в Иерусалиме» (Эзра, 1:2-3).  Однако, если бы изгнанники Иехонии не заложили основы национального существования в диаспоре, возвращаться в Сион было бы некому.  Евреи растворились бы среди окружающих народов, подобно десяти коленам, депортированным ассирийцами.


ОТПРАВИТЬ

*

ОТПРАВИТЬ
Ваш комментарий отправлен оператору сайта снижение