next perv

Золотой телец, антихрист и антисионизм



Мы продолжаем  знакомить читателей с размышлениями Шауля Магида о современном иудаизме. На этот раз внимание известного раввина и исследователя привлекло учение Сатмарского ребе Йоэля Тейтельбаума (1887-1979) – лидера и идеолога одного из наиболее радикальных и антисионистских религиозных еврейских течений.

Свои основные идеи р. Тейтельбаум изложил в двух книгах. Первая, Ва-Йоэль Моше, вышла в свет в 1959 году, вторая, Аль га-Геула ве-аль-га Тмура («Об Избавлении и подмене») – в 1967 году, вскоре после Шестидневной войны. В этих трактатах ребе подробно и аргументированно обосновывал, почему, вопреки распространенному убеждению, сионизм представляет смертельную угрозу еврейскому народу, и не только не приближает, но отдаляет окончательное Избавление.

Речь идет о двух достаточно разных сочинениях. Ва-Йоэль Моше, в первую очередь, галахический трактат, посвященный трем вопросам.  Первый из этих вопросов – галахический статус т.н. «трех клятв», упомянутых в трактате Талмуда Ктубот. Согласно этому источнику, Всевышний взял две клятву две с народа Израиля – что они не будут «восходить стеной» в Землю Израиля и и восставать против народов мира –  и одну с народов мира:  что они не будут слишком порабощать Израиль. Рабби Тейтельбаум приводит подробный разбор этих клятв и их анализа в еврейской литературе, и утверждает, что, поскольку сионисты нарушили первую клятву, Бог освободил народы от третьей. Далее рабби Тейтельбаум обсуждает, существует ли в наше время заповедь жить в Земле Израиля. Этот вопрос был важен с точки зрения сотрудничества со светскими сионистами: если такая заповедь есть, то ради ее исполнения религиозные евреи, возможно, могут сотрудничать даже с безбожниками, если же нет, подобное сотрудничество явно запрещено.  Наконец, свое третье эссе рабби Тейтельбаум посвятил современному ивриту и его отношению к «святому языку» – в высшей степени интересное исследование о галахическом статусе еврейского языка в качестве разговорного.

Сатмарский ребе рабби Йоэль Тейтельбаум

Аль га-Геула, напротив, является богословским сочинением, посвященным таким теологическим вопросам, как природа чудес, идолопоклонство и лжепророчество,  т.е.темам, которые после Шестидневной войны казались Сатмарскому ребе наиболее актуальными.  Рабби Тейтельбаум успел написать предисловие, однако затем тяжело заболел, поэтому большая часть книги представляет собой обработанные записи его устных выступлений.

Стоит отметить, что на протяжении сотен страниц ребе практически не упоминает о сионизме и сионистах прямо, хотя он постоянно имеет их в виду, когда пишет о «еретиках», «безбожниках» или «разрушителях религии».  Он так же практически никогда не обсуждал сионистских мыслителей: Магид сумел найти только один респонс, где  упомянут, да и то мельком, рабби Кук, первый главный раввин подмандатной Палестины и ведущий идеолог современного религиозного сионизма.

Оба трактата были предназначены, в первую очередь, читателям-ультраортодоксам, которых, как подозревал Сатмарский ребе, мог соблазнить сионистский нарратив. Это особенно верно в отношении второго трактата, написанном после Шестидневной войны. Несколько раз рабби Тейтельбам полушутя отмечал, что светские евреи, не верящие ни в какие чудеса, неожиданно заговорили о «чудесах» после Шестидневной войны. Однако, в первую очередь, эти книги представляют еврейскую политическую теологию, опирающуюся на множество традиционных источников и пытающуюся оградить богобоязненных евреев от соблазнов и искушений «сионистской ереси».

Живший до войны в Венгрии, рабби Тейтельбаум спасся благодаря сионистам, покинув страну на печально известном поезде Кастнера. Около года он прожил в подмандатной Палестине, а затем уехал в Нью-Йорк, где провел остаток дней, курсируя между Вильямсбургом и хасидским анклавом Кирьяс-Йоэль. После того, как в 1952 году он посетил Иерусалим и пожертвовал значительную сумму местным ультра-ортодоксам, он был выбран почетным духовным лидером «Эда харедит», крупнейшей ультра-ортодоксальной организации Иерусалима. Этот пост Сатмарский ребе занимал вплоть до своей кончины.

Холокост занимал центральное место в теологии рабби Тейтельбаума. Ва-Йоэль Моше начинается с упоминания о недавней страшной катастрофе, пережитой еврейским народом:

По многочисленным грехам нашим, недавно мы страдали так, как никогда не страдали с тех пор, как Израиль стал народом. «Если бы Господь Воинств не оставил нам малого остатка, то стали бы мы тем же, чем Содом, уподобились бы Гоморре» (Йешаягу, 1:9).  Лишь по милости Святого, благословен Он, некоторым из нас удалось выжить, хотя и немногим – благодаря клятве, которую Святой, благословен Он, дал  нашим предкам не уничтожать нас полностью. Мы выжили, несмотря на множество грехов наших, о чем сказано: «Обрушит Господь удары ужасные на тебя и на семя твое, удары мощные и внезапные и болезни злые и постоянные» (Дварим, 28:59). «Поэтому вот, Я опять удивлю народ этот чудом дивным, и пропадет мудрость мудрецов его, и разум разумных его исчезнет» (Йешаягу, 29:14). «Ждем мы мира, а нет добра; срока исцеления, а вот – ужас» (Ирмиягу, 8:15). Даже сегодня мы все еще не обрели покоя и утешения. Наши сердца сокрушены, и нет ничего, что могло бы утешить и исцелить их. Наши слабые глаза и измученные души обращены к небу, пока Господь не узрит нас с небес.  Тогда Бог узрит наши страдания и исцелит, в великой милости Своей, наши израненные сердца.

Стоит отметить, что, подобно многим религиозным сионистам, особенно после Холокоста, рабби Тейтельбаум верил, что мир находится на пороге мессианского Избавления. Вообще, полагает Магид, при всех идеологических разногласиях у Сатмарского ребе и рабби Кука было гораздо больше общего, чем принято думать. Фактически оба раввина решали одну и ту же задачу: понять смысл секулярного сионизма и как его можно примирить с традиционными представлениями о катастрофе и избавлении. Рабби Кук, романтик и мистик,  рассуждал диалектически: по его мнению, светский или даже антирелигиозный характер раннего сионизма является необходимым временным отклонением, которое впоследствии приведет к неизбежному Избавлению. Рабби Тейтельбаум так же считал, что в процессе Избавления сионизму отведена важная роль, однако принципиально другая: сионизм, по его мнению, является предмессианской ересью, которую евреям необходимо преодолеть, чтобы удостоиться истинного Избавления.

Сионизм, по рабби Тейтельбауму, является лжемессией, которого необходимо отвергнуть, чтобы явился истинный Машиах. Если евреи не выдержат это последнее искушение – а Сатмарский ребе прекрасно знал, насколько оно сильно – Избавление все равно произойдет, однако через новую катастрофу.

И рабби Тейтельбаум, и рабби Кук были уверены, что истинное Избавление уже близко. Разница между ними заключалась в том, что рабби Кук  считал, что сионизм следует принять, чтобы преодолеть, а рабби Тейтельбаум – что его нужно отвергнуть, чтобы избежать катастрофы. При этом оба религиозных мыслителя рассматривали Избавление сквозь призму сионизма: для рабби Кука сионизм был воплощением мессианства, для Сатмарского ребе – сатанинской ересью.

Рабби Тейтельбаум не был одинок в своем антисионизме. Схожих взглядов придерживались многие ведущие раввины первой половины ХХ века. Разница между ними и Сатмарским ребе заключалась в том, что только последний разработал последовательную теологию, не просто объявившую сионизм «ересью», но и поместившую его в соответствующий богословский контекст, включающий, среди прочего, поклонение золотому тельцу,  возмущение поколения пустыни против Моше, и т.п. Кроме того, рабби Тейтельбаум решительно отверг умеренно-прагматический подход значительной части ультра-ортодоксов, прежде всего движения «Агудат Исраэль», восторжествовавший после войны.

Как известно, представители ультра-ортодоксов подписали Декларацию Независимости и входили в первое правительство Израиля. Как пишет Менахем Керен-Кранц из Тель-Авивского университета, первые годы после Холокоста большинство евреев, включая ортодоксальных раввинов, симпатизировало Израилю, несмотря на откровенно секулярный характер молодого еврейского государства. На протяжении многих лет Сатмарский ребе оставался едва ли не единственным хранителем радикальной антисионистской идеологии.  Первое время он ограничивался устными выступлениями и публикациями в основанной им газете Дер Ид («Еврей»).  Лишь позже, видя, что отношение ультра-ортодоксии к сионизму продолжает смягчаться, рабби Тейтельбаум счел нужным посвятить этой теме два специальных сочинения.

Как полагает Магид, антисионизм Сатмарского ребе является ли едва ли не первым в еврейской истории полноценным учением об… антихристе! Соответственно, схожие идеи следует искать в трудах таких далеких от иудаизма богословов, как монах Иоахим Флорский (1135-1202)  и особенно Мартин Лютер, отец Реформации – мыслителей,  которые  начали активно использовать апокалиптические и мистические упоминания об антихристе для оценки современных им исторических событий. Лютер, в частности, назвал антихристом римскую курию («Против римского папства, основанного дьяволом»); в протестантской пропаганде это обвинение продолжало звучать на протяжении почти двух веков. Иными словами, антихристом была объявлена не какой-то загадочный, наделенный сверхъестественными способностями правитель, которому предстоит явиться в будущем, но конкретный политический институт «из плоти и крови».

Папа-осел. Протестантская карикатура

Аналогичным образом Сатмарский ребе, опираясь на классические источники, фактически провозгласил коллективным «еврейским антихристом» сионизм и государства Израиль; в его идеологии сионизм играл ту же, что и римская курия в мировоззрении Лютера.

Как пишет Магид, идея антихриста восходит, в том числе, к образу Сатана в книге Иова, а так же к последним главам книги Даниэля, где, в частности, сказано: «И будет поступать царь тот по своему произволу, и вознесется и возвеличится выше всякого божества, и о Боге богов станет говорить хульное и будет иметь успех, доколе не совершится гнев: ибо, что предопределено, то исполнится» (11:36).  Поэтому неудивительно, что в свой второй трактат рабби Тейтельбаум включил обширное рассуждение о взаимоотношениях между Сатаном и Иовом. Так же его интересовали мидраши об участии Сатана в истории с поклонением золотому тельцу.

В еврейской традиции идея лжемессии, предтечи истинного Машиаха, так же упоминается во многих источниках: апокалиптической литературе, мидраше Пиркей де-рабби Элиэзер, сочинениях средневековых еврейских пиетистов. Речи идет о сатанинской фигуре, призванной, в том числе, искусить евреев и проверить их верность Всевышнему и Его воли.  К примеру, в Книге Зрубавеля (VII век) упоминается «дерзкий царь Армилос сын Сатаны», который убьет одного из машиахов – мессию сына Йосефа:

И он будет править всем и власть его будет от края до края земли, и никто не устоит против него, и всякий, кто не уверует в него, будет убит мечом. И будут с ним десять царей. Вот признак его: волосы головы его, как зеленое золото, ноги его доходят до ступней, ширина лица его в мизинец, и глаза его кривы и голов у него две. Всякий кто его видит – убоится. И все народы мира соблазнятся им, кроме Израиля, который не поверит ему. И он придет к людям святости в Иерусалим с многочисленным войском. С ним придут десять царей в Иерусалим и будут воевать со святыми, так что многие из них погибнут. И убит будет пронзен Нехемия Бен Хушиэль – Машиах Бен Йосеф, и шестнадцать праведников будут убиты с ним.

Согласно еврейской традиции, еврейский лжемессия будет творить чудеса, и добьется колоссальных успехов. Как пишет Магид, ему неизвестно, чтобы рабби Тейтельбаум хоть раз упомянул Армилоса. Однако, учитывая его энциклопедическое религиозное образование, он не мог не знать об этой традиции.

Успехи сионизма привели к тому, что рабби Тейтельбаум оказался в принципиально иной ситуации, чем его предшественники-антисионисты, прежде всего его учитель рабби Хаим-Элиэзер Шапиро из Мукачева. Как справедливо заметил израильский исследователь Элиэзер Равицкий, Мукачевского ребе волновал только один вопрос: в чем причина нечестия сионистов? Однако Сатмарскому ребе нужно было ответить на принципиально иной вопрос: в чем причина их колоссальных мирских успехов?  Иными словами, рабби Шапиро, умершему в 1936 году, не довелось стать свидетелем успеха ненавистных ему сионистов: создания государства, победы в Шестидневной войне, и т.д.  Рабби Тейтельбаум, напротив, не только воочию видел эти достижения, но и сделал их основой своей «теологии антихриста».  Религиозные сионисты ошибаются, утверждал он: успехи сионизма не только не свидетельствуют о его божественной природе, но, напротив, подтверждают, что речь идет именно о лжемессии, антихристе!

Для того, чтобы доказать этот тезис, Сатмарский ребе обратился к первоисточникам. В еврейской традиции Сатан является посланцем Всевышнего. Его обязанность – служить инструментом соблазнения. Накануне окончательного Избавления он выйдет на авансцену, чтобы в последний раз испытать общину верующих.  Таким образом, еврейская теология антихриста практически всегда связана с мессианскими чаяниями.  От общины верных, соответственно, требуется устоять перед соблазном и не поддаться.

Вне всяких сомнений, рабби Тейтельбаум знал, что для многих евреев сионизм стал спасением, что сионисты прямо или косвенно спасли тысячи евреев, включая его самого. И именно успехи сионизма, особенно победа в Шестидневной войне, окончательно убедили Сатмарского ребе, что речь идет о последнем, самом трудном испытании, которое нужно выдержать.

В Аль га-Геула ве-аль-га Тмура рабби Тейтельбаум писал: «Известно из наших книг, что как только появляются признаки Избавления и спасения души, Сатан придумывает, как подменить их псевдо-избавлением,  которое принесет только горе, боль и тьму. Рабейну Гершом (960-1040), в своих глоссах к Тамид, 32а, в качестве комментария на фразу «Сатан преуспеет» писал: не удивляйся, что Сатан преуспеет, когда предположит им спасение и поведет в преисподнюю». В другом месте рабби Тейтельбаум пишет: «Сатану дана власть творить чудеса и знамения».

Согласно рабби Тейтельбауму, основная проблема с искушениями антихриста заключается в том, что, в данном случае, грех чаще всего является ненамеренным. Здесь Сатмарский ребе следовал за Рамбаном (1194-1270), знаменитым средневековым комментатором и талмудистом.  Анализируя грех поклонения золотому тельцу, Рамбан пришел к выводу, что в данном случае большинство искренне полагало, что таким образом служит Всевышнему, а не поклоняется идолу! Поэтому те, кто намеренно поклонялся идолу, были казнены (Шмот, 32:27), тогда как те, кто заблуждался – просто наказаны, но не убиты (32:30), поскольку их намерения были чисты.

С точки зрения рабби Тейтельбаума, библейский рассказ о поклонении тельцу фактически был историей об антихристе. При этом он следовал классическому арамейскому переводу Торы, Таргум Йонатан. О возвращении Моше с Синая в Торе сказано: «И было, когда он приблизился к стану и увидел тельца и пляски, возгорелся гнев Моше» (Шмот, 32:19). Слово «пляски» здесь, скорее всего, относится к израильтянам, однако автор Таргума решил, что речь идет о другом: «Сатан пребывал в тельце и скакал перед народом». Это чудо было воспринято израильтянами как свидетельство божественного вмешательства, и они повели себя соответствующе; чудо стало для них западней.

Именно так рабби Тейтельбаум воспринимал Шестидневную войну. Безусловно, это было чудо – подобно тому, как Сатан выскочил из пламени и стал плясать, празднуя свою победу над израильтянами, которых ему удалось соблазнить поклониться тельцу.

Александр Элькин


ОТПРАВИТЬ
Ваш комментарий отправлен оператору сайта снижение