next perv

Восстановление Иудейского царства. Агриппа I (37–44 гг.)



В 2020 году издательство “Вече” выпустило электронную версию книги известного востоковеда, преподавателя израильских и американских университетов “Иудея Христа. Рождение новой веры”.  Предлагаем читателям главу из этой книги.

Приход к власти императора Клавдия (41–54 гг.) существенно изменил положение Иудеи: из римской провинции она превратилась в большое и полунезависимое царство. Причина столь внезапной перемены была связана отнюдь не с поворотом в римской политике, а с личностью Агриппы, внука Ирода Великого от казненного им сына Аристобула (матерью которого была Мариамма Хасмонейская). Несмотря на то что Агриппа являлся потомком сразу двух царских династий, Хасмонеев и Иродиан, его судьба складывалась непросто. С детства он жил и воспитывался в Риме при императорском дворе. Будучи человеком щедрым и к тому же привыкшим жить «на широкую ногу», он быстро растратил завещанные ему средства на увеселение римской знати и приближенных императора. Сделав огромные долги и не зная, как выпутаться из них, он вернулся на родину, в Иудею, где некоторое время жил на положении бедного родственника у Ирода Антипы, тетрарха Галилеи и Переи. Однако там ему вскоре вежливо указали на дверь. Помыкавшись по разным друзьям и родственникам, он решил попытать счастья при дворе императора Тиберия, жившего тогда на острове Капри. Агриппа пришелся по душе Тиберию, и тот даже доверил ему воспитание своего внука. Однако кредиторы преследовали Агриппу и на Капри, и он, покрыв старые долги за счет еще больших новых, возвратился к своим именитым друзьям в Рим. Здесь он очень сблизился с Гаем Калигулой, внучатым племянником императора Тиберия. Как-то разоткровенничавшись с Гаем, Агриппа позволил себе помечтать о том, что было бы хорошо, если бы Тиберий умер, а Гай стал его наследником. На беду Агриппы, его разговор с Гаем слышал слуга, который донес обо всем самому Тиберию. Рассерженный император приказал заковать Агриппу в кандалы и отправить в тюрьму, где тот должен был сидеть до конца жизни без всякой надежды на освобождение. Однако через полгода Тиберий внезапно умирает от, казалось бы, несерьезной болезни, и, на удивление императорскому двору, его наследником становится не внук от умершего сына, а внучатый племянник – Гай Калигула. Первым же указом новый император освобождает Агриппу из заключения и дарит ему большую золотую цепь, равную по весу той железной, которую его другу приходилось таскать за собой в тюрьме. Следующим распоряжением Калигула дарует Агриппе титул иудейского царя и отдает ему южную Сирию – тетрархию четвертовластника Филиппа, который незадолго до того умер. Мало того, император присоединяет к его владениям часть Финикии и Авилу – область к северо-западу от Дамаска (ее не следует путать с городом Авила в Декаполисе).

Триумфальный приезд Агриппы I в свои новые владения лишил душевного покоя Антипу и особенно его жену Иродиаду, ту самую, которую Евангелие от Марка обвиняет в смерти Иоанна Крестителя (Мк. 6: 17–28). Ошеломляющий успех брата вызвал жгучую зависть у Иродиады, и она стала уговаривать мужа отправиться в Рим, чтобы добиться там подобных же почестей. «Стыдись быть ниже тех, кто вчера еще и позавчера жили благодаря твоему состраданию» (Флавий, Иуд. древн., XVIII, 7, 1). Однако Антипа, не ожидая ничего хорошего от встречи с неуравновешенным императором, не хотел ехать в Рим и добиваться царского престола. В то же время «он не умел ей (Иродиаде) ни в чем отказать и подчинялся ее решениям» (Иуд. древн., XVIII, 7, 2). Недобрые предчувствия не обманули Ирода Антипу. Калигула обвинил его в мифическом заговоре вместе с парфянами против Рима, сместил с поста тетрарха и отправил в ссылку в Галлию, где тот очень быстро умер. Узнав, что Иродиада – сестра Агриппы, император освободил ее от печальной участи мужа, но она все же решила последовать за ним, не считая себя вправе бросить его при перемене судьбы. Калигула передал Агриппе не только тетрархию Антипы – Галилею и Перею, но и все имущество незадачливого четвертовластника и его завистливой жены.

Однако на этом территориальные приобретения Агриппы не закончились. По воле судьбы он находился в Риме, когда император Гай Калигула стал жертвой заговора сенаторов и преторианцев. Римский сенат, поддержанный некоторой частью войск, собирался вернуться к прежней, республиканской форме правления. Но преторианская гвардия, как, собственно, и большинство армии, нуждалась не в республике, а в новом императоре, которого они сразу нашла в лице родного дяди Гая – Клавдии. Конфликт между сенатом и Клавдием грозил вылиться в очередную гражданскую войну. В этой крайне напряженной ситуации Агриппа, бывший «своим» как для сенаторов, так и для Клавдия, сыграл важную посредническую роль. Он сумел договориться с сенатом о провозглашении Клавдия новым императором, а с Клавдием – об уступках сенаторам. Благодарный Клавдий заключил на Форуме в Риме клятвенный союз с Агриппой (Флавий, Иуд. древн., XIX, 5, 1). Новый император отменил прямое римское правление в Иудее и присоединил к владениям Агриппы сразу три области – Иудею, Самарию и Идумею. Кроме того, он подтвердил царский титул Агриппы и его власть над Галилеей, Переей, Южной Сирией и Авилой. Таким образом, к 41 г. Агриппа I восстановил фактически полунезависимое Иудейское царство, которое по своим размерам намного превышало государство не только Александра Янная, но и Ирода Великого. Рядом с обширными владениями Агриппы I соседствовало Халкидское царство (Западная Сирия и часть Ливана), которое император Клавдий по просьбе Агриппы даровал его брату Ироду (названному в честь Ирода Великого).

Агриппа удачно соединял в себе незаурядные способности своего деда Ирода и хасмонейский патриотизм, унаследованный от бабушки Мариаммы. Получив прекрасное эллинистическое образование при римском императорском дворе, а дома – еврейское религиозное, Агриппа мог быть утонченным римлянином среди латинян, стопроцентным эллином среди греков и сведущим в Писании иудеем среди соплеменников-евреев. В отличие от своего деда, Ирода Великого, Агриппа предпочитал не уничтожать своих противников, а договариваться с ними. Современники отзывались о нем как о мягком, добром, щедром и великодушном человеке. Вот как Флавий характеризует Агриппу I: «Этот царь был по природе своей весьма щедр на подарки и любил одаривать подчиненных. Расходуя на это часто значительные суммы, он снискал себе славу, находя удовольствие в своей щедрости и в том, что жизнь его от этого лишь выигрывала. Этим он совершенно не походил на своего предшественника Ирода [Великого]. Последний отличался страстной мстительностью и неудержимой ненавистью ко всем противникам своим и в то же время открыто признавался, что симпатии его скорее на стороне греков, чем иудеев… Агриппа, напротив, был мягкого характера и одинаково щедр ко всем. С иноземцами он был предупредителен и любил одаривать их, но не менее щедрым он являл себя также к своим единоплеменникам и даже старался особенно выказывать им сочувствие и благоволение. Поэтому он любил подолгу жить в Иерусалиме; он всегда в точности исполнял предписания законов. Во всем он старался точно соблюдать требования ритуала, и не проходило дня, чтобы он не совершил установленного законом жертвоприношения» (Флавий, Иуд. древн., XIX, 7, 3). Правда, Агриппа I был далеко не ко всем добр и великодушен. Прекрасно владея искусством дворцовой интриги, он нередко жестоко мстил тем, кто его незаслуженно обидел или унизил. В частности, Агриппа не скрывал, что приложил руку к падению тетрарха Ирода Антипы. С другой стороны, Агриппа I был готов пожертвовать своим благополучием ради блага иудейского народа. Он не только поддержал просьбу своего народа не устанавливать статую Калигулы в Иерусалимском Храме, но и, рискуя своим положением, смог убедить императора отложить эту опасную затею.

Доверительные отношения с императором Клавдием и дружественные связи с римскими сенаторами поставили иудейского царя в привилегированное положение среди всех союзников и вассалов Рима на Востоке, поэтому многие из них предпочитали обращаться за помощью не к римским наместникам, а к Агриппе. Это вызвало откровенное недовольство римского наместника в Сирии Марса. Видя в Агриппе своего потенциального соперника, этот высокопоставленный чиновник всячески пытался ограничить самостоятельность иудейского царя и дискредитировать его в глазах императора. В частности, Марсу с помощью доноса императору удалось помешать Агриппе укрепить стены вокруг Иерусалима. Клавдий усмотрел в этом ненужное и опасное «новшество» и велел прекратить строительство новых стен.

Правление Агриппы I оборвалось совершенно неожиданно. В 44 г. царь прибыл в Кесарию, чтобы присутствовать на играх, которые он сам организовал в честь императора Клавдия. Здесь, на торжественном обеде, он внезапно почувствовал сильные желудочные боли и через пять дней скончался в страшных мучениях. Некоторые историки предполагают, что Агриппа I, не страдавший до этих событий ничем серьезным, был, вероятно, отравлен людьми, подосланными римским наместником Марсом. Возможно, то же самое подозревал и император Клавдий, который сразу отозвал Марса из Сирии, однако расследование в Риме ни к чему не привело. Первоначально Клавдий намеревался передать Иудейское царство сыну Агриппы I, носившего то же имя. Но приближенные императора удержали его от этого, указав, что юному Агриппе II еще не исполнилось и 17 лет, «и что было бы рискованно поручать юноше, едва вышедшему из детского возраста, управление таким обширным царством, с которым ему невозможно будет справиться и которое для взрослого человека представляло бы значительные затруднения» (Флавий, Иуд. древн., XIX, 9, 2). Так было принято решение о возобновлении прямого римского правления в Иудее, и страна снова стала провинцией Рима.

Книгу Игоря Липковского “Иудея Христа. Рождение новой веры” можно приобрести в интернет-магазине ЛитРес.


ОТПРАВИТЬ
Ваш комментарий отправлен оператору сайта снижение