next perv

Не за морем



Седьмого ноября скончался рабби Джонатан Сакс, бывший главный раввин Великобритании, известный еврейский философ и мыслитель.

В свое время интернет-журналы “Заметки по еврейской истории” и “Мастерская” опубликовали серию статей, лекций и выступлений рабби Сакса в переводе Бориса Дынина. Предлагаем одну из них нашим читателям.

Конец 1960-х годов, когда я учился в университете, был временем студенческих протестов, психоделических наркотиков и Биттлз медитирующих с Махариши Махеш Йоги. Тогда можно было услышать историю об американской еврейке уже в возрасте,  прилетевшей в северную Индию, чтобы увидеть знаменитого гуру. Огромные толпы ожидали встречи со святым человеком, но женщина не растерялась и, пробравшись через раскачивающуюся толпу, вошла в палатку и встала в присутствии самого мастера. То, что она сказала ему, стало легендой. Она сказала: «Марвин, послушай свою маму. Уже достаточно! Иди домой!».

Начиная с шестидесятых годов, евреи нашли интерес во многих религиях и культурах за одним заметным исключением: своих собственных, несмотря на то, что иудаизм исторически имел своих мистиков и медитаторов, своих поэтов и философов, своих святых мужчин и женщин, своих провидцев и пророков. Но, как часто бывает, стремление к духовному просвещению прямо пропорционально его расстоянию, чужеродности, неизвестности. Мы предпочитаем далекое близкому.

Моисей предвидел это:

Ибо заповедь сия, которую я заповедую тебе сегодня, не недоступна для тебя и не далека. Она не на небе, чтобы можно было говорить: «Кто взошел бы для нас на небо и принес бы ее нам, и дал бы нам услышать ее, и мы исполнили бы ее?»,  и не за морем она, чтобы можно было говорить: «Кто сходил бы для нас за море и принес бы ее нам, и дал бы нам услышать ее, и мы исполнили бы ее?». Но весьма близко к тебе слово сие: оно в устах твоих и в сердце твоем, чтобы исполнять его.

Дварим, 30: 11–14

Моисей пророчески чувствовал, что в будущем евреи начнут говорить: «Чтобы обрести вдохновение, надо подняться на небеса или пересечь море. Оно где угодно, но не здесь». Так было на протяжении большей части истории Израиля в периоды Первого и Второго Храмов. Сначала было время, когда евреев привлекали боги окружающих их народов: ханаанский Ваал, моавитский Чемош или Мардук и Астарта в Вавилоне. Позже, во времена Второго Храма, они влеклись к эллинизму в его греческих или римских формах. Это странное явление, лучше всего выражено в словах Граучо Маркса: «Я не хочу принадлежать ни к одному клубу, который бы принял меня в свои члены». У евреев есть старая тенденция влюбляться в тех, кто отвергает их, и выбирать почти любой духовной путь, кроме своего. Это очень печально.

Когда великие умы покидают иудаизм, иудаизм беднеет. Когда те, кто ищет духовность, отправляются в другое место, страдает еврейская духовность. И это обычно происходит парадоксальным образом, описанным Моисеем несколько раз в книге Дварим (Второзаконие). Так происходит в эпоху изобилия, а не бедности, в эпоху свободы, а не рабства. Когда у нас, как кажется, есть мало за что благодарить Бога, мы благодарим Его. Когда нам есть за что быть благодарными Ему, мы забываем Его.

Времена, когда евреи поклонялись идолам или принимали эллинскую культуру, были временами Храма. Тогда евреи жили на своей земле, обладали либо суверенитетом, либо автономией. Время, когда они стали отказываться от иудаизма в Европе, было временем их эмансипации с конца восемнадцатого до начала двадцатого веков, временем приобретения ими гражданских прав.

Окружающая культура в большинстве этих случаев была враждебна евреям и иудаизму. И все же евреи часто предпочитали принять культуру, которая отвергала их, а не хранить ту, которая была их собственной по происхождению и по наследству, и в которой  они могли чувствовать себя дома. Результаты часто были трагическими.

Увеличение числа поклонников Ваала не привело к тому, что ханаане открыли объятия израильтянам. Эллинизация евреев не сделала евреев близкими ни грекам, ни римлянам. Отказ от иудаизма в девятнадцатом веке не положил конец антисемитизму – наоборот, он воспалил антисемитов. Поэтому столь значимо наставление Моисея: чтобы найти истину, красоту и духовность, вам не нужно никуда идти.

Весьма близко к тебе слово сие: оно в устах твоих и в сердце твоем, чтобы исполнять его!

В результате евреи обогатили другие культуры в последние столетия больше, чем свою собственную. Часть восьмой симфонии Малера — католическая месса. Ирвинг Берлин, сын хаззана, написал «Белое Рождество». Феликс Мендельсон, внук одного из первых «просвещенных» евреев, Моисея Мендельсона, сочинял церковную музыку и реабилитировал давно забытую «Страсти по Матфею» Баха. Симона Вейль – одна из самых глубоких христианских мыслителей двадцатого века, которую Альберт Камю назвал «единственным великим духом нашего времени», родилась в еврейской семье. Эдит Штайн прославлена католической церковью святой и мученицей, хотя нацисты убили ее в Освенциме как еврейку. И так далее.

Была ли это неспособность Европы принять еврейство евреев и иудаизма? Или это была неспособность иудаизма принять вызов? Феномен настолько сложен, что не поддается никакому простому объяснению. Но мы потеряли великое искусство, великие интеллекты, великие души и умы.

В какой-то степени ситуация изменилась в государстве Израиль  и в диаспоре. Возникла новая еврейская музыка и возродилась еврейская мистика. Появились еврейские писатели и мыслители, заслужившие известность. Но мы все еще духовно отстаем. Самые глубокие корни духовности исходят изнутри – изнутри культуры, традиции, чувствительности. Они исходят из синтаксиса и семантики родного языка души:

Весьма близко к тебе слово сие: оно в устах твоих и в сердце твоем, чтобы исполнять его.

Красота еврейской духовности заключается именно в том, что в иудаизме Бог близок. Вам не нужно подниматься на гору или входить в ашрам (духовное уединение), чтобы почувствовать Божественное Присутствие. Оно за столом, во время трапезы в Шаббат, в свете свечей и в простой святости Кидуш над бокалом вина и халой. Оно в восхвалении эйшес хаиль (жены добродетельной), в благословении детей. Оно  в душевном спокойствии, которое приходит, когда вы отвлекаетесь от мира, чтобы в субботний день позаботиться о своей душе, празднуя добро в жизни, возникшее не от работы, а от отдыха, не от покупки, а от наслаждения. Бог присутствует во всех этих дарах, которые всегда в нашем владении, но которые мы не ценим из-за отсутствия времени.

В иудаизме Бог близок. Он есть в поэзии псалмов, величайшей духовной литературе, когда-либо написанной. Он с нами, слушая наши дебаты, когда мы изучаем страницу Талмуда или предлагаем новые интерпретации древних текстов. Он присутствует в радости фестивалей, в слезах Тиш’а бе-ав, в звуках шофара Рош ха-Шан и в раскаянии Йом Кипура. Он в самом воздухе земли Израиля и в камнях Иерусалима, где древнее и новое соединяются как близкие друзья.

Бог рядом. Это непреодолимое чувство, которое возникло у меня из приобщения к вере наших предков в течение всей моей жизни. Иудаизму не нужны ни соборы, ни монастыри, ни хитроумное богословие, ни метафизическая изощренность, какими бы красивыми они ни были, потому что для нас Бог — это Бог всех и везде, у которого есть время для каждого из нас и Кто встречает нас там, где мы есть, если мы согласны открыть нашу душу Ему.

Я раввин. Много лет я был главным раввином. Но сегодня я думаю, что именно мы, раввины, не сделали достаточно, чтобы помочь людям открыть свой дом, свой ум и свои чувства к Присутствию-за-пределами-вселенной-того-кто-сотворил-нас-в-любви – Кого наши предки знали так хорошо и так любили. Мы испугались интеллектуальных вызовов агрессивно-светской культуры, социальных проблем, связанных с жизнью в мире, куда мы вошли, но который не стал полностью нашим. Мы испугались эмоционального напряжения от столкновения с критикой и осуждением евреев, иудаизма, государства Израиля в этом мире. Мы отступили за высокую стену, думая, что она нас защитит. Но высокие стены никогда не дают безопасность; они только усиливают страх. Безопасность возникает тогда, когда вы противостоите вызовам без страха и вдохновляете других делать то же самое.

В замечательных словах: «Заповедь не на небе … и не за морем», Моисей говорит нам: «Киндерлах (дети), ваши родители содрогнулись, когда услышали голос Бога на Синае. Они испугались и сказали: «Если услышим этот Голос вновь, мы умрем». И Бог указал вам путь свободы, на котором вы можете встречать Его без страха. Да, Он Создатель, Суверен, Высшая сила, Первопричина, Двигатель планет и звезд. Но Он также родитель, партнер, любовник, друг. Он  есть Шхина от шахен – сосед, живущий рядом.

Благодарите Бога каждое утро за дар жизни. Произносите Шма два раза в день с благодарностью за дар любви. Соединяйте свой голос с другими в молитве, чтобы Его дух проникал в вас, давая вам силы и мужество изменять мир.

Если вы не видите Его, то потому, что смотрите в ложном направлении. Когда Он кажется отсутствующим, Он находится позади вас, и вы должны повернуться, чтобы встретиться с Ним. Не относитесь к Нему как к незнакомцу. Он любит вас. Он верит в вас. Он желает вам  успеха. Чтобы найти Его, вам не нужно подниматься на небеса или пересекать море. Он – голос, который вы слышите в тишине души. Он есть свет, который вы видите, когда открываете глаза навстречу удивительному. Он есть рука, протянутая вам в минуты отчаяния. Его дыхание дает вам жизнь.


ОТПРАВИТЬ
Ваш комментарий отправлен оператору сайта снижение