recent

Магия против болезней: из истории средневековой еврейской медицины

Джошуа Трахтенбер

В Средние века вера в то, что, изменив имя больного, можно спасти ему жизнь и вылечить, обманув ангела, который должен привести приговор в исполнение, стала гораздо более распространенной и общепринятой, чем в античности. Судя по всему, в случае продолжительной и/или серьезной болезни так поступали практически все немецкие евреи.  Забавно, что аналогичным образом в то же время поступали на противоположной стороне глобуса, на Борнео и островах Гилберта. В наши дни, когда еврей меняет имя, он выбирает одно из тех, что предполагает долголетие, чтобы ангел смерти наверняка оставил больного в покое: Хаим («Жизнь»), Альтер («Старик»), Зейде («Дед») и т.д. В Средние века было принято выбирать новое имя жребием: открывать Библию на произвольной странице, и смотреть, какое имя окажется первым.

 

Кто сильнее, холера или цадик?

Григорий Богров

Наступила очередь второго опыта. Но для опыта этого требовался мертвец, из касты когонов. В целой касте когонов города X ни одного римскаго Курция не оказалось; никто не хотел нарочно умирать для блага общества. Наконец, сама холера, как бы в насмешку над самообольщением цадика, задушила одного старика когона, горьчайшаго пьяницу города Л. Цадик занялся сам его погребением. Он возложил на мертвеца почетное поручение земнаго посланника. Долго шептал он мертвецу на ухо свои изустныя наставления, как должен он себя вести, явившись пред верховным судом, и в каких выражениях обязан предстательствовать за еврейское общество. Процесс шептания продолжался довольно долго. Мертвец внимательно, молча его слушал. Еврейское общество, обрамливавшее эту оригинальную сцену, с выпученными глазами смотрело на живаго человека, серьёзно беседовавшаго с мертвецом. Цадик, окончив переговоры с своим посланником, вручил мертвецу письменное прошение к верховному суду.

 


Шут Ян Лакоста

Лев Бердников

Известно, что Ян был потомком маранов, бежавших из Португалии от костров инквизиции. Он родился в городе Сале (Берберия, ныне Морокко). До шестнадцати лет наш герой путешествовал, а затем с отцом и братьями обосновался в Гамбурге, где открыл маклерскую контору. Но торговля у него не задалась, доставляя одни лишь убытки. Обладая изысканными манерами версальского маркиза, Лакоста стал было давать уроки всем «желающим в большом свете без конфузу обращаться зело премудреную науку, кумплименты выражать и всякие учтивства показывать, по времени смотря и по случаю принадлежащие». Но и политес оказался делом неприбыльным. И тогда Ян решил «на ловлю счастья и чинов» отправиться в далекую Московию. Согласно одной из версий, он получил от русского резидента в Гамбурге разрешение приехать туда. Есть на сей счет и весьма авторитетное свидетельство друга Лакосты, лейб-медика при русском дворе Антонио Нуньеса Рибейро Санчеса: «Когда Петр Первый, император России, был проездом в Гамбурге – кажется, в 1712 или 1713 году, Коста ему был представлен. Петр Первый взял его с собой… вместе с женой и детьми»

 


ПРЕДЫДУЩИЕ ПУБЛИКАЦИИ