next perv

Мы не хотим, чтобы этот злодей сделал нас палачами. Еврейские интеллектуалы и дело Эйхмана



Пятьдесят лет назад, в апреле 1961 года, в Израиле начался один из самых громких судебных процессов в истории страны. Перед судом предстал Адольф Экхман, протоколист Ванзейской конференции, в 1944 году организовавший отправку венгерских евреев в лагеря уничтожения. 15 декабря 1961 года Эйхману зачитали смертный приговор, признав его военным преступником, виновным в злодеяниях против еврейского народа и против человечности.

Суд над Эйхманом привлек внимание евреев всего мира. В виновности Эйхмана никто, разумеется, не сомневался. Однако смертный приговор, вынесенный бывшему нацисту, был воспринят далеко не однозначно. Как пишет сотрудник Национальной библиотеки Израиля Амит Наор, нашлось немало евреев, выступивших против смертной казни.

К примеру, в архиве Шмуэля Гуго Бергмана, тогдашнего директора библиотеки, хранится открытое письмо, отправленное неким нью-йоркцем «всем истинным евреям США, Великобритании и Израиля, а так же всем людям доброй воли». В Письме, написанном на голубой бумаге, автор утверждал, что смертная казнь является актом мести и противоречит иудаизму. В конце письма он трижды напечатал: НЕ УБИЙ!

В числе протестовавших так же оказалась немецкая поэтессе Нелли Закс, позже, в 1966 году, получившая Нобелевскую премию по литературе. Закс написала премьер-министру Израиля Давиду Бен-Гуриону, попросив заменить смертную казнь другим наказанием. В этом письме, сохранившемся в Государственном архиве, в частности, говорилось:

Израиль благословлен словами Авраама: «Может быть, найдется там [в Содоме] десять праведников?». Я лично знаю таких праведников, которые рисковали жизнью, и нередко платили высшую цену за спасение других. Эти праведники были и во времена Гитлера, автор этих строк – одна из тех, кто выжил благодаря им. Пожалуйста, не допустите смертного приговора Эйхману. Праведники были и в Германии, и только ради них должно быть проявлено милосердие.

 Нелли Закс

Как пишет Наор, против смертного приговора наиболее последовательно выступала группа известных израильских интеллектуалов, в которую входили исследователь еврейской мистики Гершом Шолем, философ и исследователь хасидизма Мартин Бубер, профессор философии Натан Ротенштрайх,  упомянутый выше Бергман и даже поэтесса Лея Голдберг.

Протестующие не защищали Эйхмана, и те пытались преуменьшить тяжесть совершенных им преступлений. Тем не менее, будучи принципиальными противниками смертной казни, они считали ее недопустимой и в этом случае. Кроме того, интеллектуалы опасались, что казнь Эйхмана будет воспринята как своего рода «искупление» нацистских грехов.

Когда Адольф Эйхман подал апелляцию, израильские интеллектуалы обратились к президенту с призывом воспользоваться своим правом помилования и заменить смертную казнь пожизненным заключением. В архиве Мартина Бубера, хранящемся в Национальной библиотеке, есть черновик этого письма, без имен подписантов:

Мы не просим за его душу, поскольку знаем, что нет человека, заслуживающего снисхождения меньше, чем он…Однако мы не хотим, чтобы этот злодей сделал нас палачами. Антисемиты всего мира хотят, чтобы мы попали в эту ловушку. Приведение смертного приговора в исполнение позволит им утверждать, что евреи заплатили кровью за кровь, пролитую [нацистами].

Мартин Бубер

Когда об обращении к президенту стало известно, это, естественно, вызвало возмущение и протесты. Как пишет Наор, в архиве Бергмана хранится письмо трех студенток с просьбой к профессору объяснить свою точку зрения. Сохранился так же черновик ответа Бергмана.  В нем профессор объяснил, что является принципиальным противником смертной казни, полагая, что только Тот, кто даровал жизнь, вправе ее забрать. Так же профессор считал, что для Эйхмана смертная казнь станет более легким наказанием, чем пожизненное заключение в Израиле (добавив, что, по его мнению, для преступлений Эйхмана в принципе нет адекватного наказания). Прежде всего, писал Бергман, он заботится о душе еврейского народа: Израиль должен нести людям любовь, тогда как казнь Эйхмана только продолжит цикл ненависти.

В Национальной библиотеке так же хранится черновик статью Шолема, написанной для журнала «Амот». Как считал Шолем, для преступлений, совершенных Эйхманом, нет и не может быть справедливого наказания, и что смертная казнь может показаться «искуплением»:

Нет никаких сомнений, что Эйхман заслуживает смертной казни. У меня нет на этот счет никаких сомнений, я не стремлюсь к его оправданию, и не спорю с доводами касательно его действий и ответственности за них. Все это относится к юридической части процесса. Я полагаю,  что в этом смысле ничего нельзя сказать в оправдание, он заслуживает смерти и недостоин снисхождения…. В законах человеческого общества для преступлений Эйхмана нет достойного наказания. Повесят его или нет, наказание не будет соответствовать преступлению…Казнь Эйхмана … так же исказит исторический смысл процесса, создав иллюзию, что в подобном деле можно поставить точку, повесив одного человека. Подобные иллюзии очень опасны, поскольку создают впечатление, что было сделано нечто, дабы «искупить» то, для чего нет искупления.

Гершом Шолем

Как мы знаем, эти и другие доводы против казни Эйхмана оказались тщетными. Президент Израиля Ицхак Бен-Цви отказался помиловать нацистского преступника.  1 июля 1962 года Адольф Эйхман был повешен в тюрьме в Рамле, тело сожгли, а пепел развеяли над Средиземным морем.

Александр Элькин


ОТПРАВИТЬ
Ваш комментарий отправлен оператору сайта снижение