next perv

Хад Гадья, одна из первых записанных детских песен



Многие современные издания Пасхальной Агады заканчиваются веселой песенкой про козленка (гадья):

Отец мне козлика купил,

Две целых зузы заплатил.

Козленок, козленок (Хад гадья, хад гадья).

Немного жил козлёнок мой,

Загрыз  его котище злой.

Отец мне козлика купил,

Две целых зузы заплатил.

Козленок, козленок

Почуяв кровь, пёс  прибежал,

Кота-убийцу растерзал,

Который  козлика задрал.

Отец мне козлика купил,

Две целых зузы заплатил.

Козленок, козленок

Дубинка, не спросив, кто прав,

Свершила суд, пса наказав,

За то, что на кота насел,

Который козлика заел.

Отец мне козлика купил,

Две целых зузы заплатил,

Козленок, козленок.

Пришёл вол, выпил ручеёк,

Гасивший яркий огонёк,

Тот самый, что дубинку сжёг,

Свалившую ту псину с ног,

За то,что на кота насел,

Который козлика заел.

Отец мне козлика купил,

Две целых зузы заплатил,

Козленок, козленок.

 Мясник ножу вола обрёк,

Который выпил ручеёк,

Гасивший яркий огонёк,

Тот самый, что дубинку сжёг,

Свалившую ту псину с ног,

За то,что на кота насел,

Который козлика заел.

Отец мне козлика купил,

Две целых зузы заплатил.

Козленок, козленок.

Подкралась смерть исподтишка,

Свела в могилу мясника,

Что на убой вола обрёк,

Который выпил ручеёк,

Гасивший яркий огонёк,

Тот самый, что дубинку сжёг,

Свалившую ту псину с ног,

За то,что на кота насел,

Который козлика заел.

Отец мне козлика купил,

Две целых зузы заплатил.

Козленок, козленок.

Отнимет Бог  у  смерти меч,

Спешивший мясника упечь,

Что на убой вола обрёк,

Который выпил ручеёк,

Гасивший яркий огонёк,

Тот самый, что дубинку сжёг,

Свалившую ту псину с ног,

За то,что на кота насел,

Который козлика заел.

Отец мне козлика купил,

Две целых зузы заплатил.

Козленок, козленок.

Хад Гадья в исполнении Хавы Альбертштейн

Зачем составители Агады включили в серьезный религиозный текст столь легкомысленную песенку? По-видимому, это было сделано, чтобы поддержать интерес самых юных участников Седера – ритуала, который в традиционных семьях затягивается на несколько часов.

Как известно, целью Пасхальной Агады является исполнение одной из заповедей Торы: рассказать детям об исходе из Египта. Поэтому текст Агады уделяет детям особое внимание, а сам традиционный Седер предполагает множество ритуалов, призванных возбудить любопытство, поддержать интерес и просто не дать заснуть самым юным участникам. Поэтому именно дети обычно задают 4 традиционных вопроса, воруют афикоман, ждут прихода пророка Элиягу… Хад Гадья, возможно, входила в этот список: дети с нетерпением ждали возможности спеть веселую песенке о животных и ангеле смерти.

Именно по этой причине некоторые исследователи считают Хад Гадью одной из первых записанных детских песен. Разумеется, родители пели детям и раньше, Однако Пасхальная Агада – один из древнейших, если не древнейший пример, когда некий текст был сначала написан, а затем напечатан специально для воспитания детей.

Хад Гадья с иллюстрациями Эля Лисицкого. Книга, выпущенная московским издательством Гешарим в 2018 году

Амит Наор, сотрудник Национальной библиотеки Израиля недавно опубликовал заметку, посвященную истории этой песни.

По своей структуре Хад Гадья является типичной кумулятивной, или цепочной песней, когда в каждом следующем куплете появляется новый элемент в дополнение к предыдущим. Такие стихи хорошо известны и русскоязычным читателям, вспомним, хотя бы, «Дом, который построил Джек». Постоянные повторения и знакомый рефрен делают такие тексты особенно любимыми и популярными среди детей.

Несмотря на то, что Хад Гадья написана на арамейском, текст полон грамматических ошибок; кроме того, в нем вкраплены ивритские слова. По-видимому, ее автор недостаточно хорошо владел арамейским, который на момент написания песни уже не был еврейским разговорным языком.

Именно язык позволяет предположить, когда была написана эта песня. Хад Гадья появляется в Агаде в XV веке; в XVI веке она была впервые напечатана  в Пражской Агаде.  Однако уже в XIV веке в рукописи, добавленной позже к молитвеннику из Прованса, появляется похожий по содержанию религиозный гимн (пиют), написанный на безупречном арамейском. Исследователи полагают, что евреи, изгнанные из Франции в 1306 году, принесли этот гимн на территорию Центральной Европы. Оттуда текст, с небольшими изменениями, попал в Агаду, а впоследствие стал известен сефардским и восточным общинам.

Однако каково происхождение этого текста? Как и в случае большинства народных песен, однозначного ответа на этот вопрос нет. Как пишет исследователь Уриэль Офек, похожие мотивы мы находим в японских, греческих, южно-американских, русских, французских и немецких сказках. Знаменитые фольклористы братья Гримм записали народную песню «Груши, которые не хотели падать», сюжет которой поразительно напоминают Хад Гадью: землевладелец посылает крестьянского паренька стрясти с дерева груши. Когда мальчик отказывается, крестьянин посылает собаку, чтобы та его покусала. Собака тоже отказывается, и тогда на сцену последовательно выходят дубинка (отказавшаяся бить собаку), вода, бык и мясник. Наконец, появляется палач, и который заставляет всех остальных сделать свою работу. В общем, как пишет Офек, «не будет преувеличением сказать, что нет ни одного языка или народа, у которого не было бы сказки, песни или легенды, напоминающей Хад Гадью по форме и/или содержанию».

После того, как Хад Гадья попала в Агаду, еврейские комментаторы, естественно, не могли оставить этот текст без соответствующих толкований и комментариев. Отказываясь видеть в нем просто веселую детскую песенку, они искали и находили в ней глубокий теологический смысл и важный урок о путях божественного Провидения. К примеру, один из комментаторов полагал, что козленок это народ Израиля, а остальные персонажи – его враги, мечтающие погубить евреев, а заодно враждовавшие и уничтожавшие друг друга: Ассирия, Вавилон, Персия, Греция, Рим, мусульмане, крестоносцы и турки. В конечном итоге на сцену должен выйти Всевышний, который «отнимет у смерти меч» и спасет свой народ.

В заключение отметим, что Хад Гадья – не единственная кумулятивная песня Агады; ей предшествует песня «Один – кто знает», в которой перечисляются важнейшие понятия иудаизма. Вот ее заключительный куплет:

 

Тринадцать кто знает?

Тринадцать я знаю.

Тринадцать свойств Бога,

двенадцать колен Израиля,

одиннадцать звезд, десять заповедей,

девять лун до родов, восемь дней обрезания,

семь дней недели, шесть разделов Мишны,

пять книг Торы, четыре праматери,

три патриарха, две скрижали завета,

один у нас Бог на небе и земле.

Как нетрудно догадаться, эта песня так же предназначена, в первую очередь, для обучения и развлечения детей. Впервые она  была напечатана в XVI веке в Праге, и, по-видимому, была известна в Европе еще в XV веке. У этой песни так же есть аналоги на европейских языках. Подобно Хад Гадье, она так же распространилась по всему еврейскому миру, вплоть до индийского города Кучин.


ОТПРАВИТЬ
Ваш комментарий отправлен оператору сайта снижение