next perv

Еврейская молитва. Часть XIV. Кантор



Согласно еврейскому закону, вести молитву может любой мужчина старше 13 лет. В реформистских и большинстве консервативных синагогах это поручают даже женщинам. Однако во многих больших синагогах для этого традиционно приглашают профессиональных канторов.

Первые канторы были самоучками, и чаще всего не знали нот. Со временем появились профессиональные школы, обучающие еврейской литургической музыке. Однако чем дальше, тем больше канторов получало серьезное музыкальное образование.

Некоторым канторам удавалось сделать свои выступления частью местной культурной жизни, привлекавшей не только евреев. Так, в XIX  гремел  Соломон Зульцер (1804 – 1890),  венский оберкантор и композитор. Слушать его в венскую синагогу приходили Шуман, Шуберт, Лист, Мейербер, Паганини… Российского кантора Гершона Сироту (1874 – 1943) называли  «еврейским Карузо».  Рассказывают, что великий итальянский тенор, услышав его пение, сказал: «Если бы вы пели в театре, то были бы мне серьезным конкурентом». Гершон Сирота был первым кантором, чей голос записан на граммофонные пластинки.

Гершон Сирота, 55 псалом

Держать постоянного кантора могли только самые богатые общины. Поэтому по черте оседлости из местечка в местечко разъезжали бродячие канторы со своими певчими, выступавшие то в одном, то в другом местечке:

По переулку, от самой проезжей дороги, тащилась большая, тяжелая подвода. Скрытые облаком пыли, на подводе, тесно прижавшись друг к другу, сидели хористы-певчие. Кантор с двумя малыми «пискунами» по бокам занимал одно место. Второе место занимали бас, «подбасок» и сопрано, за ними — слабый тенорок и альт с котомками и ящиками. Городские девушки, занятые приготовлениями к субботе, бросили недоделанные куглы и в летних блузках и замызганных передниках показались в раскрытых дверях. Они откинули косы, закрывавшие раскрасневшиеся щеки, и, перемигиваясь, делились впечатлениями: «Полюбуйся, мол, какие кикиморы!»

Тенора, второпях достав из жилетных кармашков круглые зеркальца и щеточки, зачесали за уши пейсы, застегнули наглухо пальто, чтобы видны были только черные галстуки и края воротничков, прокашлялись, вытянули шеи и стали осматриваться.

— Как осенние яблочки! — сказал тенор, ущипнув исподтишка альта, чтобы не заметил кантор.

Шолом Аш, Кантор с певчими

Самой горячей порой были для канторов Осенние праздники: Рош га-Шана и Йом Кипур. Для продолжительного богослужения даже не самые богатые общины старались найти профессионала, способного усладить молящихся своим пением.

Кантор Манфред Левандовский, Кол Нидрей (молитва Судного дня)

Большинство канторов было богобоязненными евреями. Тем не менее, они считались своего рода богемой, и, подобно певцам, порой становились героями скандалов и сплетен:

О конце канторской карьеры Зиси стоит рассказать. В синагоге он держался, конечно, как крайний ортодокс, и молитвы совершал то плаксивым, то высокоторжественным голосом. В несколько иной роли он выступал в одесском ешиботе, где в первом классе преподавал древнееврейский язык. Здесь ему полагалось знать еврейскую грамматику – предмет, внушавший почему-то крайним ортодоксам подозрение в неправоверности. В ешиботе Зися уже выступал, как умеренный ортодокс. Еще более осложнялась его роль, когда он фигурировал в качестве сборщика пожертвований для ешибота. В этой роли ему приходилось иметь дело и с «просвещенными» евреями. Надо было уметь разговаривать с ними так, чтобы не оттолкнуть их от хорошего дела, которое, кстати, кормило и самого Зисю. Надо было заигрывать и со сторонниками просвещения. Это многоличие не оставалось, конечно, секретом для прихожан синагоги. Создалось недоверие к нему. Кончилась его канторская карьера скандалом. Аскетом он не был. Жил он в Одессе без семьи, которая жила где-то в провинции. Человек он был здоровый и красивый. О нем ходили «нехорошие» слухи.

Арон Перельман, Воспоминания

Если богослужение происходит в субботу или праздники, в ортодоксальных и большинстве консервативных синагогах кантор поет без музыкального аккомпанемента, соло или с хором. Во многих реформистских и некоторых консервативных синагогах молятся под музыку, например, в сопровождении органа:

Орган играл печальную мелодию, жалобные минорные каденции, но без десяти восемь звук внезапно стал нарастать, перешел в мажор, дверь комнаты для облачения открылась, и появился рабби, выглядевший величественно в черном одеянии и шелковом талите; на голове у него была высокая бархатная ермолка, как у кантора. Он чуть помедлил, затем, не спеша, поднялся по ступенькам возвышения и стал перед ковчегом спиной к конгрегации. Он постоял так минуту или две, слегка наклонив голову, потом выпрямился и направился к своему месту.

Гарри Кемельман, В воскресенье раввин сбежал

 


ОТПРАВИТЬ
Ваш комментарий отправлен оператору сайта снижение