next perv

Евреи и рождество



Если Новый Год – праздник, безусловно, светский, то про Рождество этого никак не скажешь. И хотя в наше времени празднование Рождества чем дальше, тем больше приобретает светский характер, для большинства американцев и европейцев 25 декабря по-прежнему является праздником в честь дня рождения Иисуса.

Поэтому неудивительно, что значительная часть евреев имеет и не хочет иметь с Рождеством ничего общего. Однако, как убедительно показал американский историк и антрополог Джошуа Плаут (Joshua Eli Plaut), этот подход является далеко не единственным. Более того, современные рождественские традиции оказали несомненное влияние на характер другого, чисто еврейского праздника Ханука.

Рождество в Европе

На протяжение веков евреи Центральной и Восточной Европы относились к Рождеству с опасением.  В этот день даже не учили Тору, но сидели дома, развлекаясь игрой в карты или в шахматы.

Однако в Западной Европе ситуация была совершенно иной. Для представителей еврейской элиты символы праздника,  прежде всего рождественская елка,  олицетворяли,  что они стали частью окружающего светского общества. Богатые немецкие евреи нередко делали семейные фотографии на фоне наряженной рождественской елки.

Хозяйка популярного салона Фанни фон Арнштейн (1758-1818), одна из создательниц Австрийского музыкального общества, стала одной из первых евреек, поставивших рождественскую елку в своем доме. Впоследствии так же поступал не кто иной, как отец Теодора Герцля, основоположника современного сионизма. Более того, после того, как в 1895 году Герцль написал свое «Государство евреев», его посетил главный раввин Вены рабби Морис (Моше) Гюдеман. Историческая встреча состоялась в декабре, около рождественской елки.

Гершом Шолем, будущий знаменитый исследователь еврейской мистики, вырос в доме, где рождество отмечали «с жареным гусем или кроликом, с украшенной рождественской елкой, которую моя мать покупала на рынке около церкви св. Петра, и большой раздачей подарков слугам, родственникам и друзьям.  Тетя играла на пианино, а наш повар и горничные пели «Тихая ночь, святая ночь». Как полагал Шолем, его родители  считали, что рождество является «немецким национальным праздником, и мы празднуем его не как евреи, а как немцы».  Став подростком, Шолем отказался участвовать в семейном праздники, и вместо этого пошел на Маккавейский бал, организованный в Берлине для неженатых/незамужних юношей и девушек.

Молодой Гершом Шолем

В Америке

Не позднее 1870-х годов Рождество в Америке начало превращаться из исключительно религиозного в светский национальный праздник – процесс, ускорившийся благодаря коммерциализации традиции рождественских подарков.

В результате в Нью-Йорке, Сан-Франциско, Бостоне,  Балтиморе, Новом Орлеане, Толедо и других городах некоторые еврейские семьи стали устраивать 24 декабря свой собственный праздник, сочетающий рождественские и ханукальные символы (независимо от того, на какие даты выпадала Ханука). Они украшали елку, обменивались подарки, вешали на входные двери венки и носки в камине. Кроме того, начиная с 1880-х и до начала II Мировой войны американские евреи немецкого происхождения устраивали рождественские балы для друзей, с ужином, танцами и концертом.

Евреи, отмечавшие Рождество, игнорировали религиозные элементы праздника. Параллельно они придавали рождественский колорит празднованию Хануки, украшая помещения гирляндами, венками и вечнозелеными кустами.  Вот, к примеру, репортаж о праздновании Хануки чикагской общиной «Синай», опубликованный 27 декабря 1878 в газете Chicagos Jewish Advance:

Красивая синагога была заполнена взрослыми и детьми. Ханукальное дерево было красиво иллюминировано восковыми свечами. Богослужение закончилось пением первой строфы ханукального гимна, исполненной хором учеников  воскресной школы.

Ханукальное дерево (Hanukkah bush) в современном американском еврейском доме

Sabbath Visitor, популярный еврейский детский журнал того времени, так же призывал использовать вечнозеленые растения для украшения помещений в праздник Огней (Хануку). Рассказ «Последнее Рождество», опубликованный в 1880 году, посвящен еврейской семье, отмечающей Хануку. Их квартира украшена портретами Моше и Джорджа Вашингтона, убранной цветами менорой, а так же венками и вечнозелеными растениями.

Возможно, самым популярным рождественским обычаем, перенятым  евреями, стал обмен подарками. К примеру, классический сборник «Что должна знать каждая еврейская женщина» (What Every Jewish Woman Should Know), изданный в 1931 году, включал такой совет:

Существует освященный временем еврейский обычай, дарить подарки в честь праздника Ханука. Если расточительность, связанная с подарками, в принципе допустима, то именно в Хануку. Еврейских детей следует завалить подарками, ханукальными подарками, поскольку это, возможно, является пусть примитивным, но наиболее действенным средством, чтобы они не завидовали христианским детям с их рождеством.

Социологическое значение

Какие последствия имело перенимание рождественских обычаев для тех евреев, которые это делали? Начиная с пятидесятых годов, американские еврейские социологи провели несколько исследований на эту тему. К примеру, в 1958 году, изучая второе поколение евреев-реформистов Чикаго, рабби Милтон Мац обнаружил, что родители-представители второго поколения нередко признают, что еврейским детям нужна рождественская елка, чтобы «сгладить противоречие между американизмом и их еврейским этническим происхождением».  Исследование Маца так же показало, что представители третьего поколения чаще всего признают наличие неизбежных противоречий, связанных с адаптацией религиозных символов других групп. Поэтому постепенно они откажутся от елки и найдут другой способ продемонстрировать, что являются частью американского общества.

И действительно, исследование, предпринятое в 1993 году проф. Арнольдом Эйзеном из Стэнфорда, подтвердило прогноз Маца, показав, что большинство американских евреев больше не ставит рождественскую елку. В 82% семей, где оба супруга еврея, елку никогда не ставят. В то же время исследование, предпринятое в пятидесятые-шестидесятые годы социологом Маршаллом Скляром, посвященное евреям второго-третьего поколения, показало, что Ханука, прежде считавшаяся «второстепенным праздником» – приобрела гораздо большее значение, когда стала еврейской альтернативой Рождеству.

«Вместо того, чтобы способствовать отчуждению евреев от общей культуры, Ханука позволяет им почувствовать себя участниками этой культуры. Проще говоря, Ханука стала еврейским Рождеством», – писал Шкляр.

Рождество как время заповедей. Еврейские Санта-Клаусы

Одним из главных способов публично заявить о своем еврействе в качестве «нашего ответа» рождеству стал освященный векам обычай «творить заповеди», т.е. делать добрые дела, которых ждут на Рождество от всех «добрых христиан».

Этот феномен был описан в газете American Israelite от 8 января 1886 года:

Здесь, в Цинциннати, а так же в других городах существует обычай: устраивать на Рождество обильную трапезу для всех окрестных бедных детей, а кроме того, дарить всем детям подарки: игрушки, сладости, книжки и т.д. Несколько наиболее уважаемых граждан создали своего рода клуб, чтобы руководить этим начинанием…Многие еврейские семьи, осознав, что это делает детей счастливыми, отложили в сторону все вопросы веры и религии, и щедро жертвуют на это деньги и вещи. Они подписывались так щедро, что публика заметила, что ни в одном квартале нельзя было собрать больше подарков.

Реформистская синагога в Цинциннати, начало XX века

На протяжении  десятилетий волонтерство позволяло евреям почувствовать дух рождества, оставив христианам отмечать свой праздник.  Таким образом евреи по-новому ответили на рождественский вызов, гордо заявив о своем еврействе, ежегодно сталкиваясь с ощущением собственной маргинальности.

Наиболее курьезным проявлением этого феномена являются, видимо, еврейские волонтеры в роли Санта-Клаусов. К примеру, адвокат из Коннектикута Харви Кац, прихожанин синагоги «Коль Хаверим», вот уже двадцать с лишним лет развлекает детишек в своем родном городе Гластонбери.

Джей Франкстон впервые примерил костюм Санты в 1960 году, первоначально – чтобы повеселить своих детей. Позже, узнав, что на третьем этаже городского почтамта хранятся письма, которые дети пишут Санте, он получил к ним доступ, и решил, что пошлет восьмерым ребятам телеграмму «Санта уже в пути». После этого, облачившись в соответствующий костюм, Франкстон выполнил свое обещание и вручил довольным детям подарки. В 1972 году Франкстон доставил подарки уже 150 детям. Когда о деятельности Франкстона стало известно, он начал получать пожертвования – которые, в свою очередь, передал благотворительным организациям. «Раньше Рождество не было моим, теперь оно мое», – сказал Франкстон.

Сегодня тысячи американских евреев вовлечены в рождество посредством благотворительной деятельности и волонтерства: дежурят в бесплатных столовых, навещают тех, кто не может выйти из дома, покупают подарки беднякам, подменяют коллег на работе… Подобное волонтерство превратилось в общепринятое сочетания еврейского идеала тикун олам («исправление мира») и христианской идеи нести людям радость.

Мог ли кто-нибудь представить, что нелюбимый в прошлом праздник станет для многих американских евреев поводом гордо заявить, что они одновременно являются и американцами, и евреями?

Михаил Курляндский


ОТПРАВИТЬ
Ваш комментарий отправлен оператору сайта снижение