next perv

Египетские слова в Танахе



Лингвиста, писателя и пламенного сиониста Авраама Шалома Яхуду (1877-1951) можно смело назвать «еврейским Леонардо». Его познания были чрезвычайно обширны, а интересы охватывали множество областей – от изучения мертвых языков  и коллекционирования редких древних документов до политики. Свою первую книгу, озаглавленную «Арабские древности», он написал в восемнадцать лет, а изучением древних еврейских и арабских текстов (включая доисламскую поэзию) занимался на протяжении всей своей жизни. В 1935 году Яхуда издал труд, вызвавший множество международных дискуссий – «The Accuracy of the Bible» («Достоверность Библии»). Он преподавал в университетах Берлина, Мадрида и Нью-Йорка, тесно общался  с Вейцманом и Жаботинским, собрал огромную коллекцию редких документов на арабском, древнем иврите и других языках (включая рукописи, подписанные И. Ньютоном).

После смерти Яхуды его коллекция была передана в дар Еврейской национальной библиотекой.

В одной из своих небольших работ, о которой мы расскажем сегодня,  А. Ш. Яхуда рассматривает десять  слов египетского происхождения, которые встречаются в тексте Танаха. Часть из них – это слова, заимствованные в эпоху Нового царства из языков пограничных азиатских народов. Большинство из этих слов встречаются в тексте Танаха только один раз. Почти все они имеют отношение к Храму или религиозным обрядам. Рассмотрим здесь некоторые из них.

Первое из этих слов – «йаим». Оно встречается в нескольких книгах Танаха (Шмот 27:3 и 38:3, Бемидбар 4:14, Млахим I 7:40. Этим термином называют вид инструмента, использовавшегося во время служения в Скинии и Соломоновом Храме.

Обычно это слово переводится как «совок», «ковш» или «лопатка»: «И сделай котелки, чтобы собирать в них пепел, и лопатки, и чаши…» (Шмот 27:3),  «И Хиром сделал умывальники, лопатки и чаши-поливальницы …» (Млахим I, 7:40). Как видим, предназначение этого предмета – сбор пепла. Его принято считать производным от однокоренного глагола в Исайя 28:17 : «…и сметет град покров лжи». «В действительности, -пишет А. Ш. Яхуда, – это слово восходит к египетскому слову «i’y» с тем же значением – «отмывать, сметать».

Следующее слово, также относящееся к служению в Храме – это «мархешет», означающий один из видов хлебных подношений, приготовленный особым образом: «А  если (ты будешь готовить) приношение в котле (минхат мархешет), сделай его из отборной муки с оливковым маслом»(Вайикра 2:7, см. также Ваикра 7:9).  Технически само слово «мархешет» означает сосуд (котел или горшок), в котором готовится это хлебное приношение.

А. Ш. Яхуда не согласен с точкой зрения, возводящей это слово к глаголу «рахаш»: «Чувствует («рахаш») сердце слово доброе» (Теилим 45:2). По его мнению, это – египетское слово «р-х-ш» (точное его произношение нам неизвестно, т. к. в египетском языке. как и в иврите, на письме обозначались только согласные), имеющее то же значение: особый вид пирогов или хлебов. «Р-х-ш» неоднократно встречается в списках приношений богам на стенах египетских храмов и гробниц среди других видов выпечки. Пекарь, специализировавшийся на выпечке пирогов «р-х-ш», назывался по-египетски «пеш р-х-ш».

Третьим в списке Яхуды идет слово «марбехет», также обозначающее в Торе вид хлебного приношения. Он также упоминается в Вайикра: «Готовь ее (т. е. хлебную жертву) на сковороде с оливковым маслом…» (Ваикра 6:14), »…а также отборную муку, пропитанную (оливковым маслом) (Вайикра 7:12).

«Это – заимствованное, семитское по происхождению слово «rbk», которое, однако, встречается лишь в египетском языке эпохи Нового царства» – поясняет А. Ш. Яхуда. Оно также означало особый вид пирогов или пирожных. Из описания в книге Вайикра (выпечка, приготовленная из тонкой муки, смешанной с оливковым маслом), мы можем представить, что представляли собой и эти египетские пирожные «рбк».

Четвертое египетское по происхождению слово в списке Яхуды – «тахара». В Торе оно употребляется дважды при описании служебных одежд первосвященника  (Шмот 28:32 и Шмот 39:23). Мантия должна быть сделана «…с отверстием посередине; вокруг отверстия должна быть тканая обшивка, как у брони, чтобы оно не разрывалось».

Происхождение слова «тахара» (броня, древняя кожаная кольчуга), подчеркивает А. В. Яхуда, «уже давно связывают с египетским словом «dhr» – «кожа». По-египетски это слово пишется со знаком-детерминативом  «шкура животного», представляющего собой изображение куска шкуры с хвостом. Но в египетском языке это слово обозначало не кожаную кольчугу, а особый предмет одежды, которой покрывали статую божества во время некоторых религиозных праздников – «вид мантии или кожаного плаща, которая закреплялась вокруг шеи фигуры». В некоторых египетских ритуальных текстах эта одежда называется также «ритуальной мантией».

Пятое слово  – это загадочные языческие идолы под названием «хамманим» (единств. число – «хаман»). Это название обычно переводят как «солнечные идолы» или «солнечники», возводя его к однокоренному на первый взгляд ивритскому слову «хама» («солнце»). Дмитрий Сливняк в своем переводе трактует «хамманим» как «столбы Ваала», т. к. «это слово встречается в арамейских и угаритских текстах» и вызывает ассоциации с именем финикийского бога Баал-Хаммона:«И я разрушу ваши (святилища на) возвышениях, и столбы (Ваала), и ваши трупы брошу на осколки ваших истуканов, и будете вы мне отвратительны» (Ваикра 26:30).

Однако, по мнению Яхуды, это слово – не семитского, а египетского происхождения, производное от египетского «hmn» («восемь»), и относится к запрету почитания не «финикийца» Баал-Хаммона, а восьми главных богов, почитавшихся в Гермиополисе (Оне), центре солнечного культа. Вместе со своим прародителем Атумом-Ра они составляли так наз. Малую Девятку («Малую Эннеаду») основных божеств древнеегипетского пантеона. Город Он (Гелиополь) был центром провинции Гошен и «местом работы» тестя-жреца Иосифа, отцом его жены Аснат. Он неоднократно упоминается в тексте Торы.

Изображения божеств «восьмерки» были весьма популярны в Египте.  Возможно, особый запрет Торы основывался именно на этом.

В качестве шестого заимствованного из египетского языка слова Яхуда приводит «итим» («колдуны», «чародеи», «нашептывающие», «заклинатели чар»). Оно встречается в книге пророка Исайи (19:3), где «итим» упоминаются среди колдунов других «специальностей» – «вызыващих мертвых» («а-овот») и «волхвов» («а-йедоним»): «и истощится у египтян (сила) духа, и расстрою совет их, и будут они вопрошать идолов, и нашептывающих, и вызывающих духов, и волхвов». Яхуда производит «итим» от заимствованного египетского слова «джат» («джет») – «змея, гадюка». «Т», окончание женского рода, по мнению исследователя  в иврите превратилось  в «ит». В Древнем Египте змея играла важную роль  как религиозный символ и символу царской власти.

Седьмое слово их списка в своем египетском варианте известно, пожалуй, каждому современному человеку. Это – «тут» («twt»), первый слог имени легендарного Тутанхамона. Оно означает «подобие, образ» и обычно применялось к изображению божества на стене храма или папирусе («Тут-анх-амон» – «Живой образ (бога) Амона»).

Яхуда считает, что ивритское слово «итва»  производным от египетского «twt».

В соответствии с этой версией,  когда мы читаем в книге Шмуэль Алеф (21:14), что притворившийся ради спасения от царя Ахиша Давид «… стал бесноваться, царапать («итав») что-то на створках (городских) ворот…»,  подразумевается, что он, имитируя слабоумие или безумие, выцарапывал или рисовал на воротах некие  странные фигуры.


ОТПРАВИТЬ
Ваш комментарий отправлен оператору сайта снижение