Нарком-иудей


Рассказывают Марина Шунра Карпова и д-р Евгений Левин, преподаватели, методисты, переводчики, авторы нескольких учебно-методических пособий по преподаванию еврейской традиции и классических текстов.

В русском революционном движении начала XX века было немало евреев

Народный комиссар юстиции РСФСР Исаак Штейнберг, 1 января 1918 г. / Wikimedia

Это совершенно неудивительно: законы Российской империи в отношении национальных меньшинств (и евреев в особенности) носили очевидно дискриминационный характер. Тем не менее, большая часть евреев-революционеров отказывалась от соблюдения еврейских традиций – тоже по вполне понятным причинам: революционное движение по большей части было прогрессистским, атеистическим и интернационалистическим.

Однако и в революционной среде оставались приверженцы традиционных ценностей

Предвыборный плакат партии социалистов-революционеров. 1917 г. / Wikimedia

Одним из таких приверженцев был будущий народный комиссар юстиции Исаак Захарович Штейнберг. Революционная биография Штейнберга была вполне заурядной: учился сначала в хедере и гимназии, а затем в университете, где примкнул к эсерам, был выслан в Тобольскую губернию… Словом, ничего необычного, за исключением одного: Исаак Захарович остался правоверным иудеем. Как вспоминал его брат Аарон Штейнберг, из-за этого Исааку даже пришлось провести в заключении лишние 3 дня:

«Ордер на его освобождение прибыл в Москву в первый день Шавуот, когда нельзя писать, и он отказался заполнить бланк. Родители отправились из Лефортово пешком к трем галахическим экспертам (Б. Вишняку, И. Гавронскому и Р. Гоцу), чтобы те вынесли постановление, разрешающее сыну писать, те согласились считать такой акт пикуах-нефеш, спасением души, и родители вторично шагали из центра Москвы в Лефортово, чтобы доставить это постановление сыну. Только тогда он заполнил бланк и покинул тюрьму, просидев в ней лишних 3 дня».

Религиозные взгляды Штейнберга сохранились и после победы революционного движения

После Февральской революции 1917 года он стал гласным уфимской городской думы, а поскольку заседания проходили и по субботам, и эрува в городе не было, уфимцы нередко наблюдали, как Штейнберг спешил в думу в сопровождении «шабесгоя», который нес за ним портфель с бумагами.

Штейнберга не раз спрашивали, как ему удается совмещать иудаизм и социализм. На это он отвечал, что состоит в партии эсеров, выступающей против частной собственности на землю, а это соответствует Торе, как сказано: «Землю не должно продавать навсегда, ибо Моя земля» (Ваикра, 25:23).

Левый эсер Штейнберг вошёл в советское правительство

Заседание Совета народных комиссаров. Январь, 1918 г. / Российский государственный архив социально-политической истории

После Октябрьского переворота 1917 года левые эсеры вошли в коалицию с большевиками.

Штейнберг (избранный по партийному списку и в Учредительное собрание) был назначен наркомом юстиции в советском правительстве. Он запомнился, прежде всего, как последовательный борец с революционным произволом, террором и репрессиями. Так, уже 1 декабря 1917 года он обрушился на антикадетский декрет, доказывая, что такие неоправданные репрессивные меры, как объявление кадетской партии вне закона и арест ее членов, являются неприемлемыми методами ведения классовой борьбы.

Поступая подобным образом, Штейнберг, возможно, руководствовался общими соображениями гуманизма и справедливости. Однако не исключено, что нарком также помнил, что «Освобождающий узников» – один из титулов, которым евреи называют Бога в своих молитвах.

Штейнберг действовал не только из религиозных соображений

Деятельность наркома неизбежно носила несколько коммерческий оттенок – за каждого освобождаемого правительство назначало «выкуп», как писал доктор Иван Манухин, активист Политического красного креста:

«Комиссаром юстиции был тогда левый с.-р. И. З. Штейнберг. Мягкий, отзывчивый человек, он как представитель новой власти был связан постановлением большевистского большинства и, согласно этому постановлению, требовал, чтобы каждый заключенный за свое освобождение на поруки уплачивал известную сумму. Размеры взноса колебались в зависимости от представления комиссара о степени «буржуйности» данного лица. Приходилось торговаться».

Штейнберг оказался врагом большевиков

Смольный институт, место заседания советского правительства до марта 1918 г. Открытка начала XX века / Wikimedia

Коалиция большевиков и левых эсеров была недолгой и распалась уже в 1918 году. Уйдя с поста наркома, Штейнберг продолжал заниматься общественной и политической деятельностью (в частности, именно он выступал от левых эсеров на похоронах Кропоткина), несколько раз был арестован. Однако, в отличие от многих однопартийцев, Штейнбергу удалось благополучно эмигрировать из советской России. Он поселился в Берлине, одной из тогдашних столиц российской (в том числе еврейской) эмиграции.

В 1933 году к власти в Германии пришли нацисты, однако Штейнбергу и тут повезло. В том же году он уехал из страны, жил в Англии, Австралии, Канаде и США, вплоть до своей кончины в 1957 принимая деятельное участие в еврейской жизни. Однако это была уже обычная еврейская карьера, без какой-либо российской революционной специфики.


ОТПРАВИТЬ
Ваш комментарий отправлен оператору сайта снижение