next perv

Бар-Кохба – князь Израиля



Недавно Управление древностей Израиля сообщило о монете, найденной в процессе археологических раскопок возле подножия храмовой горы, в северной части «города Давида». Находка заставляет переосмыслить некоторые общеизвестные исторические факты. Монета является своего рода приветом от человека, взявшего на себя полномочия свергнуть римскую оккупацию и объявить об освобождении Израиля и Иерусалима.  Конечно, речь идёт о Шимоне Бар-Кохбе, лидере иудейских повстанцев, вдохновлённом подвигами Маккавеев и не внявшем трагическим урокам Первой иудейской войны против римской империи.

В 70 году н. э. римский полководец Тит, сын императора Веспасиана, захватив Иерусалим, распорядился разрушить до основания город вместе с главной иудейской святыней – Храмом. Тит сохранил лишь несколько башен и часть западной стены (в районе Яффских ворот) в качестве оборонительных сооружений для Десятого легиона, который был усилен всадниками и пешими воинами с целью защиты Иерусалима от возможных попыток иудейских повстанцев выбить иноземцев из святого для них города.

После «Великого восстания» в Иерусалиме и его окрестностях находились солдаты Десятого легиона и вышедшие в отставку ветераны (об этом мы узнали по могильным камням), а также мирное население: греки, иудеи и христиане.

Ситуация изменилась при императоре Адриане, страстном поклоннике эллинской культуры. Он задумал восстановить по всей римской империи разрушенные города и построить храмы.

В земле Израиля он отстроил Птолемаиду (Акко), Кесарию и Колонию Элию Капитолину, а также   святилища в Газе, Тверии, Кесарии. Адриан решил построить в Иерусалиме храм, посвящённый Юпитеру Капитолийскому. Скорее всего, постройка языческого капища на самом святом для иудейского народа месте вызвала бурю возмущений. Пророчества из книги Даниила о «мерзости запустения» сбылись (Дан. 9:27).

Император Адриан

Духовные авторитеты приняли решение назначить Бар-Кохбу лидером сопротивления, имя и титул которого, судя по его письмам, найденным в 1960 году в районе Мёртвого моря, звучат: «Шимон бен Косба, князь Израиля».

Почему выбор пал на Шимона, трудно сказать, возможно он обладал харизмой, пользовался уважением и был беспощаден к врагам. Вполне вероятно, он происходил из священнической среды и, несмотря на военное положение, тщательно следил за соблюдением заповедей Торы.

«От Шимона Иешуе, сыну Галгола! Шалом! (приветствие, пожелание благополучия).  Отправь и принеси пшеницы пять кор (мера сыпучих тел, 1 кор – пр. 220 л.), которые в моём доме известном тебе. И приготовь для них (воинов?) свободное место, в котором они будут находиться у тебя в эту субботу, если пожелают прийти. И укрепись сам и укрепи это место (вер. крепость). Да будет шалом! Я отдал приказ тем, у кого возьмёшь пшеницу, чтобы после субботы перенесли её»

Перевод Рами Юдовина

Можно пофантазировать и предположить, что речь в данном случае идёт не о пшенице, а о тайном перемещении отборных воинов из дома Шимона, которых в целях конспирации назвали «пятью корами пшеницы». Нам известно об евангельской аллегории, где «избранные» ассоциируются с пшеницей (Мф. 13:29). Впрочем, в данном случае неважно, говорится ли о воинах или зерне. Мы видим, что Бар-Кохба акцентирует внимание на заповеди о запрете работы в субботу, что свидетельствует о его приверженности иудейским законам.

Историк Дион Кассий (165-235 гг. н.э.), написавший знаменитую «Римскую историю», ничего не говорит о лидере повстанцев, но подробно, без лишних эмоций и явных антипатий к врагам Рима, описывает причины восстания, тактику сражений, обращая особое внимание на трагический исход войны.

«На месте разрушенного Иерусалима он основал город, который назвал Элия Капитолина, а на месте храма Бога воздвиг храм Юпитеру, и это привело к войне весьма значительной и продолжительной, ибо иудеи считали недопустимым, что в их городе поселятся иноземцы и укоренятся чужие святыни; и, пока Адриан находился неподалёку в Египте и потом снова в Сирии, они не предпринимали никаких действий, кроме того, что оружие, которое им было предписано изготовить, они умышленно делали худшего качества, рассчитывая сами воспользоваться им, если римляне его отвергнут; но, когда он оказался далеко, они открыто восстали. Они не отваживались вступать с римлянами в открытое сражение, но занимали выгодные пункты на местности и снабжали их подземными ходами и стенами, с тем чтобы в том случае, если противник станет их одолевать, иметь убежища и скрытно сноситься друг с другом под землёй, и на определённом расстоянии проделывали в этих подземных ходах лазы наружу, чтобы дать доступ воздуху и свету.

Поначалу римляне вовсе не обращали на них никакого внимания. Вскоре, однако, вся Иудея пришла в возбуждение, и иудеи волновались повсюду, собирались вместе и как тайком, так и в открытую выказывали великую враждебность римлянам; и многие другие иноземные народы из своекорыстных побуждений присоединялись к ним, и, можно сказать, весь мир в связи с этими событиями пришёл в движение. Тогда только Адриан послал против них своих лучших полководцев, первым среди которых был Юлий Север, направленный против иудеев из Британии, где он был наместником. Север ни в одном месте не рискнул в открытую напасть на противников, видя их многочисленность и отчаянную решимость, но, рассекая их на отдельные части благодаря численности своих солдат и младших командиров, лишая их доступа к продовольствию и блокируя, он смог хотя и медленно, но без лишних опасностей истощить силы врагов, нанести им потери и подавить» (Дион Кассий, Римская история, кн. 69:12).

Автор «Церковной истории» Евсевий Кесарийский (260-340 гг. н.э.) крайне негативно относится именно к Бар-Кохбе, ссылаясь на Аристона из Пеллы.

«Так вот, иудеи восстали вновь, и восстание их всё разрасталось. Руф, правитель Иудеи, с войском, присланным ему в помощь императором, безжалостно, пользуясь их безумием, преследовал и уничтожал их десятками тысяч: мужчин, женщин, детей – всех заодно; всю страну их, по закону войны, поработил. Вождём иудеев был тогда человек по имени Варкохеба, что значит «звезда», – убийца и разбойник; он, ссылаясь на это имя, внушил рабам, будто он светило, спустившееся с неба, дабы чудом даровать им, замученным, свет. На восемнадцатом году правления Адриана война была в разгаре; осада Бетферы (Бейтара), это был очень укреплённый городок недалеко от Иерусалима, затянулась; мятежники гибли от голода и жажды и дошли до последней крайности. Виноватый в этом безумец понёс достойное наказание; а по законодательному решению и распоряжению Адриана, всему народу запрещено было с того времени ногой ступать на землю в окрестностях Иерусалима; не разрешалось даже издали взглянуть на родные места. Это пишет Аристон из Пеллы.

Так пришёл в запустение город иудеев; никого не оставалось из старых жителей, и его заселил чужой народ; здесь возник потом римский город с другим именем: его назвали Элией в честь императора Элия Адриана» (Церковная история кн. 4 гл. 6,4).

О книге, на которую ссылается Евсевий, ничего неизвестно, сам же Аристон жил в Пелле (на северо-западе от Иордана) во второй половине II века н.э.

Также Евсевий цитирует Иустина Мученика, который был современником Бар-Кохбы. Христианский автор сообщал, что предводитель восстания жестоко пытал христиан, требуя отречься от Христа.

«Тогда жил и Иустин, искренний любитель истинной философии; обучившись у греков, он занимался их науками. И он указывает своё время в Апологии к Антонину: «Стоит упомянуть и жившего в наши дни Антиноя, которого все со страху спешили чтить как бога, хотя и знали, кто он и откуда». Он же сообщает о бывшей тогда Иудейской войне следующее: «В нынешней иудейской войне Варкохеба [Βαρχωχέβας], предводитель иудейского восстания, приказывал жестоко пытать только христиан, если они не отрекались от Христа и отказывались хулить Его» (Церковная история кн. 4 гл. 7,6).

Можем ли мы верить сообщению Иустина, трудно сказать. Характер писем самого Бар-Кохбы не позволяет сделать однозначный вывод о его жестокости.

«От Шимона, сына Косбы Йешуе, сыну Галголы и людям укреплённого города – благополучия!Свидетельствую перед небом, (если) пропадёт какой-нибудь человек из галилеян, которые у вас, то я закую ваши ноги в кандалы, как поступил с сыном Афлула» (Mur. 43).

Мы не знаем, о каких галилеянах идёт речь. Судя по минимальному количеству монет времён Бар-Кохбы (около четырёх), найденных в Галилее, и отсутствию следов разрушений в этой местности, вероятно, север Израиля не был охвачен восстанием. Непонятно, зачем нужно было захватывать простых жителей Галилеи и настраивать против себя братьев израильтян.

Можно допустить, что «галилеяне» — это название последователей Иисуса, так как в Евангелии от Матфея его назвали «Иисус Галилеянин»:

«Пётр же сидел вне на дворе. И подошла к нему одна служанка и сказала: и ты был с Иисусом Галилеянином» (Мф. 26:69).

Если в письме Бар-Кохбы действительно идёт речь о тех «галилеянах», мы видим, что Шимон отдаёт приказ не трогать их.

Впрочем, мы не знаем, по какой причине он категорически запрещает их убивать. Возможно,  он хотел, чтобы иудейские последователи Иисуса примкнули к нему, но,  получив отказ,  всё же казнил их. Однако, судя по этому письму, ослушникам он грозит не смертью, а заключением, как поступил с неким сыном Афлулы.

Кроме рассказов Диона Кассия и Евсевия Кесарийского существуют иудейские тексты о Бар-Кохбе, в том числе высказывания знаменитого рабби Шимона бен Йохая, современника восстания против Адриана:

«От Шимона, сына Косбы Йешуе, сыну Галголы и людям укреплённого города – благополучия!Свидетельствую перед небом, (если) пропадёт какой-нибудь человек из галилеян, которые у вас, то я закую ваши ноги в кандалы, как поступил с сыном Афлула» (Mur. 43).

Мы не знаем, о каких галилеянах идёт речь. Судя по минимальному количеству монет времён Бар-Кохбы (около четырёх), найденных в Галилее, и отсутствию следов разрушений в этой местности, вероятно, север Израиля не был охвачен восстанием. Непонятно, зачем нужно было захватывать простых жителей Галилеи и настраивать против себя братьев израильтян.

Можно допустить, что «галилеяне» — это название последователей Иисуса, так как в Евангелии от Матфея его назвали «Иисус Галилеянин»:

«Пётр же сидел вне на дворе. И подошла к нему одна служанка и сказала: и ты был с Иисусом Галилеянином» (Мф. 26:69).

Если в письме Бар-Кохбы действительно идёт речь о тех «галилеянах», мы видим, что Шимон отдаёт приказ не трогать их.

Впрочем, мы не знаем, по какой причине он категорически запрещает их убивать. Возможно,  он хотел, чтобы иудейские последователи Иисуса примкнули к нему, но,  получив отказ,  всё же казнил их. Однако, судя по этому письму, ослушникам он грозит не смертью, а заключением, как поступил с неким сыном Афлулы.

Кроме рассказов Диона Кассия и Евсевия Кесарийского существуют иудейские тексты о Бар-Кохбе, в том числе высказывания знаменитого рабби Шимона бен Йохая, современника восстания против Адриана:

«Учил рабби Шимон бар Йохай: «Акива, мой учитель, толковал стих (Бемидбар:  24:17): “Взошла звезда от Яако­ва — это Козба (принятый вар. Козива) от Яакова”. Рабби Акива, когда увидел бар Козбу, сказал: “Это – Царь Машиах” (цитата р. Акивы на арамейском).  Сказал ему рабби Йоханан бен Торта: “Акива, плевела поднимутся на твоих щеках, но сын Давида так и не придёт”. Сказал рабби Йоханан: “80 тысяч пар, трубящих в рог, окружили Бейтар и каждый из них командовал несколькими отрядами.

И был там Бен-Козба и было у него 200 тысяч (воинов) с отрубленными пальцами. Послали мудрецы сказать ему: “Доколе будешь делать Израиль ущербным?” Ответил им: “А как ещё можно их проверить?” И сказали ему: “Тот, кто на скаку не сможет вырвать ливанский кедр не будет записан в твою армию”.  И было у него (после этого) 200 тысяч таких и 200 тысяч таких солдат с отрубленными пальцами и 200 тысяч на скаку вырывающих кедр.

Рабби Акива. Рисунок XVI века

Выходя на бой он (Бар-Кохба) говорил: “Властелин мира, не помогай и стыди нас, ведь Ты покинул нас, Бог, и не выходишь с нашей армией”.

Три с половиной года осаждал Адрианос Бейтар»

Иеру­салимском Талмуд, трактат Таанит, глава 4, галаха 5

История о лидере повстанцев, в которой хоть и присутствует фантастический элемент, что характерно для талмудического стиля, все же свидетельствует об отношении к нему.

Для мудрецов Бар-Кохба не Машиах. Рабби Акива, по их мнению, несмотря на весь свой авторитет, ошибся, чем заслужил слова, полные презрения: Йоханан бен Торта, обращаясь к нему, опускает уважительное «рабби».

По традиции рабби Акива поменял   имя  Косба на Кохбу,  и теперь лидер повстанцев уже не сын некого Косбы, а сын Звезды, что, кстати, отражено на монетах его времени. Однако мудрецы, будучи разочарованы исходом восстания, по своему обыкновению, желая уязвить Бар-Косбу, меняют букву «самех» на «зайин» и называют его Бар-Козба — «Сын Лжи».

Очевидно, выдуманная история об отрубленных пальцах воинов, проверка с ливанским кедром и заносчивое обращение к Богу должны были показать, что Бар-Кохба калечил сынов Израиля и полагался только на свою силу и силу своих воинов.

Вместе с этим, мы видим интересный момент: по совету мудрецов, Бар-Кохба устроил своим всадникам проверку, тем самым талмудическое предание, вероятно не желая того, показывает, что Бар-Кохба прислушивался к наставлениям духовных лидеров.

Смерть Бар-Кохбы покрыта тайной. Римские авторы ничего о ней не говорят, возможно личность лидера иудейского восстания их совершенно не интересовала.  Вполне вероятно, что захватив Бейтар, римские солдаты погибшему в схватке Бар-Кохбе отрубили голову.

Иудейские источники сообщают разные версии.

Согласно легенде из Иерусалимского Талмуда, рабби Элиэзер, дядя Бар-Кохбы, во время осады последнего оплота повстанцев, постился и молился, чтобы крепость Бейтар выстояла. По навету кути (самаритянина) рабби Элиэзер был обвинён в измене и убит своим племянником.

Иерусалимский Талмуд видит причину поражения в войне против Рима и гибели Бар-Кохбы в убийстве праведного рабби Элиэзера из Модиина:

«Разгневался Бар-Кохба, толкнул его ногой и этим ударом убил его. Тогда был вынесен Божий приговор: Бетару быть завоеванным, а Бар-Кохбе — убитым».

Бар-Кохба гибнет от укуса змеи, римляне находят его труп и отрубают ему голову.

В заключении рассказа о Бар-Кохбе, авторы Иерусалимского Талмуда приписывают Адриану слова, наполненные восхищением и уважением: «Если бы не Господь убил того человека, кто бы был в силах убить его».

Любая легенда так или иначе основывается на историческом событии —  на монетах времён Бар-Кохбы выгравировано имя Элиэзер га-коген (Элиэзер священник). Скорее всего, речь идёт именно об Элиэзере из Модиина, принадлежавшем хасмонейскому роду, происходившему из этого города.

Мы не знаем, убил ли Бар-Кохба главного духовного лидера восстания, заподозрив в предательстве, или известный законоучитель был убит римлянами. Мы видим, что авторы Иерусалимского Талмуда выгораживают себя, не хотят ссориться с народом, осуждая сам факт восстания,  и приписывают его неудачу Бар-Кохбе, надеявшемуся на свою силу и наказанному Богом за самоуправство.

Вавилонский Талмуд, составленный гораздо позже описываемых событий, совершенно не церемонится с Бар-Кохбой. Для этой книги – он самозванец, лжемессия, не прошедший испытание и казнённый иудейскими мудрецами:

«Бар-Козива царствовал два с половиной года. Он сказал раввинам: “Я — Машиах!” Они сказали ему: “Про Машиаха написано, что он судит нюхом, посмотрим, таков ли этот”. Когда же (увидели), что он не судит чутьём, — истребили его» (Вавилонский Талмуд Сангедрин, 93б).

На монетах Бар-Кохбы изображены ветки мирта (адас) и ивы (арава). В Мишне (трактат «Сукка») говорится о символическом значении этих растений, связанных с традицией украшения жертвенника. Похоже, на монетах показано стремление восстановить иерусалимский храм и возобновить жертвоприношения, что говорит о религиозном характере восстания против Рима, а также о том, что Бар-Кохба, судя по его письмам, придерживался религиозных традиций.

Кроме упомянутого выше письма Бар-Кохбы о соблюдении субботы, в нескольких его письмах-контрактах об аренде земли упоминается «год отпущения» (шмита) и десятина. Судя по письму, заповедь Торы о седьмом годе покоя, в который запрещалось проводить обработку земли, тщательно соблюдалась даже несмотря на военное положение: «Я арендовал у тебя от нынешнего дня до конца кануна года отпущении («шемита») (Мur. 24 В).

В одном из писем Бар-Кохба говорит, что отправил в лагерь двух нагруженных ослов лулавами и этрогами, чтобы доставить их для празднования Суккота.

Ну а теперь вернёмся к находке, с которой я начал рассказ.

Фотография предоставлена Управлением Древностей Израиля.
Copyright: Koby Harati, City of David Archive
Реверс: Надпись «Йерушалаим», изображение пальмы

Итак, на одной стороне монеты изображена гроздь винограда, вокруг которой надпись в сокращённом виде на иврите:

שב לחר ישראל

Буква «шин» означает слово «год», «бет» — второй, буквы «хет» и «реш» — сокращение от «херут» — свобода.

Полностью фраза звучит так: «Второй год свободы Израиля». Похоже, Бар-Кохба ввёл новое летоисчисление, по всей вероятности, речь идёт о 133 годе н.э.

На обратной стороне – финиковая пальма, символизирующая колено Иуды, снизу надпись на палео-иврите (алфавите времён Первого Храма) «Йерушалаим» (Иерусалим).

В районе Старого города в ходе официальных археологических раскопок было найдено всего лишь четыре монеты времён Бар-Кохбы и только на последней надпись «Йерушалаим».

Вместе с этим известно о тысячах монет Бар-Кохбы, не исключено, что некоторые из них фальшивки, так как не все они были найдены в процессе археологических работ, а появлялись на «чёрном» рынке. Впрочем, в Израиле легче найти подлинную монету времён восстания, чем изготовить фальшивку. Поэтому значительное количество монет найдено в ходе официальных раскопок и, значит, не подлежат сомнению.

Интересная деталь: почти все серебряные монеты и часть бронзовых изготовлены в результате перечеканки уже существующих монет, в основном римских. Возможно, таким образом повстанцы издевались над величием римской империи. Впрочем, не только в «унижениях» дело. Вероятно, Бар-Кохба посчитал, что легче, быстрее и выгоднее использовать старый дорогостоящий материал. По крайней мере, своеобразным унижением Рима могли объяснять использование монет с враждебной, языческой символикой.

Как ни странно, но на ум приходит евангельское высказывание Иисуса, который остроумно выкрутился из сложной ситуации, в которую поставили его оппоненты, поинтересовавшиеся у него, следует ли платить дань Риму. На что Иисус ответил, что римские монеты с римскими символами принадлежат Риму.

«Они принесли. Тогда говорит им: чьё это изображение и надпись? Они сказали Ему: кесаревы.  Иисус сказал им в ответ: отдавайте кесарево кесарю» (Мк.12:16-17).

На монетах Бар-Кохбы нет языческих изображений, человеческих лиц и фигур, но только иудейская символика: виноградные лозы, гранаты, цветы, пальмы, пальмовые ветви, этроги, диадемы и даже звезды. Также архитектурные элементы храма, например, фасад здания.  Храмовые атрибуты: стол с хлебами предложения, чаши, а также разнообразные музыкальные инструменты, при помощи которых славословили Бога. На монетах чеканили надписи, такие как «Шимон»,

«Шимон, князь Израиля», «Год второй освобождения Израиля», «За свободу Йерушалаима», «Йерушалаим» и т.д.

В академической среде принято мнение, что Бар-Кохба не смог захватить Иерусалим, а найденные монеты в районе храмовой горы всего лишь трофеи, сувениры римских легионеров.

На мой взгляд, этот вопрос интересен, так как важно понять, сбылась ли мечта иудейского народа освободить Иерусалим или осталась несбывшимся желанием.

Скорее всего, восстание началось в 132 году н.э. после оскорбительных действий римского императора Адриана. Бар-Кохба довольно быстро подмял юг Израиля и добрался до окрестностей Иерусалима, в котором находился Десятый римский легион.

Дион Кассий ничего не пишет ни о захвате повстанцами Иерусалима, ни о боях за город.

Вместе с этим, современник тех событий, историк Аппиан Александрийский,  мимоходом сообщает, что «Один толь­ко иудей­ский народ сопро­тив­лял­ся; Пом­пей победил его силою ору­жия и их царя Ари­сто­бу­ла послал в Рим и самый боль­шой город у них и самый свя­щен­ный, Иеру­са­лим, раз­ру­шил, срыв его сте­ны, так же как и Пто­ле­мей, пер­вый царь Егип­та; вновь отстро­ен­ный город (Иерусалим) вновь раз­ру­шил Вес­па­си­ан и ещё раз в моё вре­мя Адри­ан» (Аппиан. Римская история. Книга XI. Сирийские дела 50).

Аппиан говорит о разрушениях Иерусалима в ходе римских войн. Если не было сражения за Иерусалим, каким образом Адриан мог его разрушить, если повстанцы его не захватили? Священный город для иудеев был разрушен в отместку за восстание? Но разве при Веспасиане не была уничтожена главная иудейская святыня – иерусалимский храм? Зачем рушить то, что и так разрушено и принадлежит тебе? Вопрос повисает в воздухе. Конечно, можно не верить Аппиану, но почему тогда следует верить Диону, который жил позже его.

Согласно археологическим данным, Бар-Кохба контролировал довольно значительные территории Иудеи, включая иудейскую низменность, юг района горы Хеврон, беэршевское направление, Бейт-Гуврин-Эмаус, несколько городов к северу от Иерусалима до линии Рехов-Модиин-Бейт-Эль; участки иудейской пустыни, южный Иордан и Мёртвое море.

Судя по всему, Иерусалим был окружён со всех сторон лагерями повстанцев.

Мог ли Бар-Кохба отвоевать Иерусалим, находящийся в кольце,  трудно сказать. Если и захватил, то лишь на короткое время, так как не обнаружено никаких строений, относящихся к иудейскому присутствию в районе так называемой Элии Капитолины. Впрочем, учитывая ситуацию, можно предположить, что у повстанцев не было времени, возможности и ресурсов отстроить заново иерусалимский храм. Вполне возможно, они разрушили языческие строения, посвящённые римским богам. Чтобы точно ответить на этот вопрос, следует  провести тщательные археологические раскопки в Элии Капитолине. Однако на данный момент это не представляется возможным из-за статуса-кво, так как на этом месте стоит христианский квартал, включающий святыни этой религии.

Монеты с надписью «Иерушалаим» свидетельствуют о контроле над городом или являются своеобразной визуализацией, как предметы несуществующего храма на монетах Бар-Кохбы?

Но я бы не стал категорично отметать версию о захвате главного города, несмотря на то, что в Иерусалиме найдено минимальное количество монет (четыре), в отличие от других мест, бесспорно захваченных повстанцами.

Вместе с этим,  ненайденное не является доказательством отсутствия. В Иерусалиме вообще крайне сложно производить раскопки, это ведь не законсервированные пеплом Помпеи. Кстати, монет времён императора Адриана, обнаруженных в районе храмовой горы тоже минимальное количество (шесть), но это не значит, что Адриан не контролировал Элию Капитолину.

Монеты Бар-Кохбы запрещались и изымались не только римскими властями, но и иудейскими главами общины, которые хотели сохранить лояльность Риму и отмежеваться от попытки завоевать независимость. Этим можно объяснить небольшое количество найденных в ходе археологических раскопок в Иерусалиме монет бунтовщиков.

Иудейские раввины называли монеты Бар-Кохбы: «Лживые иерусалимские монеты» (Бава Кама 97:72); «Бракованный динар» (Тума 12:7); «Опасные монеты» (Маасар шени 1:2)

Если брать в расчёт ремарку Аппиона о захвате Адрианом Иерусалима и его разрушении, то можно предположить, что повстанцы захватили на некоторое время святой город, но были выбиты оттуда подоспевшими войсками лучшего полководца Рима Юлием Севером.

Император Адриан решил наказать не только повстанцев, но и всех жителей контролируемых Бар-Кохбой районов, уничтожив города и поселения, перебив жителей, превратив в пустыню Иудею, едва пришедшую в себя после Первого Восстания (66-71 гг. н.э.). Он желал жестоко отомстить за поражение, смерть римлян, стремление к независимости, дабы другим провинциям Рима было неповадно.

«Пятьдесят из наиболее важных укреплений и девятьсот восемьдесят пять самых значимых деревень были стёрты с лица земли, пятьсот восемьдесят тысяч человек были перебиты в стычках и сражениях (число же погибших от голода, болезней и огня не поддаётся подсчёту). В итоге почти вся Иудея была превращена в безлюдную пустыню в точном соответствии с теми предзнаменованиями, которые были явлены им до войны. Действительно, гробница Соломона, которая почитается иудеями как святыня, сама по себе разрушилась и разом рухнула; в города их с воем вбегали в большом количестве волки и гиены. Впрочем, на этой войне немало погибло и римлян. Поэтому Адриан в письме сенату не использовал обычного для императоров приветствия, которое звучит так: «Если вы и ваши дети здоровы, хорошо; я и войско здоровы» (Дион Кассий Римская история кн. 69:12-13).

Иудейские повстанцы не принесли долгожданную свободу. История показала, что ревнители традиций, готовые убивать и умирать за свои святыни, ничего не добились, кроме катастрофы, поэтому иудейские мудрецы попытались предать забвению память о них.

Желание умирать и убивать за свои святыни никуда не исчезло. И сейчас за Храмовую гору, святое место не только для иудеев, но и мусульман, последние готовы проливать свою и чужую кровь, впрочем, есть фанатики (хоть и немногочисленные) и среди моего еврейского народа.

Говорят, что если не за что умирать, то и жить незачем.

Умирали ли повстанцы за святые камни или за независимость от Рима, трудный вопрос. Со временем иудеи научились жить без Храма, Иерусалима и даже за пределами земли Израиля.

Иудейский народ несмотря ни на что сохранил себя, выжил, и даже окреп, и спустя почти двухтысячелетнее скитание вернулся к своим развалинам, которые мы внимательно изучаем, пытаясь разглядеть в них свою историю, взлёты и падения, чтобы не повторять трагические ошибки наших предков, груз которых мы несём до сегодняшнего дня.

P.S. С популярностью идей сионизма, жаждой свободы и независимости, сто лет назад имя Бар-Кохбы засияло романтическим ореолом, сын Лжи снова стал сыном Звезды, героическим примером для всех, кто желал вернуть землю предков и надолго потерянную независимость.

Рам Юдовин

Впервые опубликовано в блоге автора


ОТПРАВИТЬ
Ваш комментарий отправлен оператору сайта снижение