next perv

В лабиринтах Десяти дней раскаяния: Рош ѓа-шана и Йом кипур (Часть 2)



Часть 2

 (Часть 1)

Учение Ари многократно наращивает эмоциональное напряжение в истории разделения Божественного прообраза человека, вводя в повествование нового героя – земного человека из плоти и крови, т.е. нас с вами. История Творения Первого человека превращает всю картину в загадочный триллер и порождает новые вопросы. Оказывается, как мы знаем из множества других источников, раскрытию Бога по направлению к Творению необходимо существование человека в качестве соучастника процесса, ведь цель создания миров – диалог и взаимное творчество Творца и творения. Поэтому наступает момент, когда Малому лику, частью которого является его Женское (Нуква) становится необходимо низвести душу Первого человека.

Оказывается, что пока не было в мире земного Первого человека, силы зла властвовали в природе и в высших мирах (см. Хаим Виталь, Эц хаим («Древо жизни»), 47:5). Шесть дней Творения некому было обрабатывать сад, и травы и растения не могли выйти на поверхность суши. Высший человек и его женщина плотно приникали друг к другу спинами, чтобы защититься от сил зла, проникающих с тыльной стороны. Человек и его молитва, заклинающая эти враждебные силы и поворачивающая мир к добру, были необходимы мирозданию. Но Первый человек не мог родиться, пока Малый лик (его Божественный прототип) и его женщина стояли спина к спине. И тогда, говорит нам учение Ари, высшие лики, выделившиеся из головы Седого старца, Мудрость (Великий отец,  Хохма) и Разумение (Великая мать, Бина), подняли нераздельных Малый лик и его женщину в свой чертог, распилили их силами высшего света и обернули лицом друг к другу:

«Что сделали Великий отец (Хохма) и Великая Мать (Бина)? Отпилили Женское, пребывавшее сзади Малого лика, а затем вознесли его и женщину, отпиленных друг от друга, в выси – в сам чертог Великого отца и Великой матери, ибо в нем не было сил зла (клипот), которые бы привязались к женщине с тыльной стороны. Этот чертог Великого отца и Великой матери стал свадебным балдахином, где Малый лик и женщина обернулись лицом к лицу и сочетались браком» (там же, 39:1).

Там в Шестой день Творения они зачали душу Первого человека. Затем им пришлось вновь снизойти в нижний чертог, откуда они были подняты, где вновь обернулись друг к другу спинами. Первый человек родился в нижнем чертоге, поэтому он и Хава также стали друг к другу спинами. Мы сказали: «родился», хотя, конечно, речь идет лишь о духовном зачатии и рождении, обретающем свои материальные облачения на земле. Итак, Первый человек был зачат в высших мирах, где еще не распиленные навсегда Малый лик (Божественный человек, высший образ земного человека) и его женская часть (Божественный образ земной женщины) были временно разделены ликами Аба («Отец») и Има («мать»).

Душа Первого человека была рождена в низших мирах, когда Малый лик и женщина опять соединились спинами сзади, и Адам с Хавой вышли по их подобию. Появившись в мире, Первый человек своими молитвами сразу же нейтрализовал силы зла, подготовив Малый лик с женщиной к разделению. Как мы помним, это был тот самый шестой день Творения, и всего лишь немного оставалось до субботы. А еще это был день Рош ѓа-шана.

«Известно, что в первый день Рош ѓа-шана сотворен Первый человек, это был шестой день Творения, как известно, и вот, если бы Первый человек воздержался от близости в этот день, и также воздержался бы от греха, и дождался наступления субботы, все миры были бы устроены, как подобает… Но поскольку он согрешил по совету змея, – он и его жена…и съел с Древа познания Добра и Зла, преступление вызвало преступление, т.е. толкнуло его совершить соитие с женой еще в течение будней, не дождавшись субботней святости. В этом сокровенный смысл поедания с Древа познания Добра и Зла, ибо «познание» обозначает «близость», как сказано: «И познал Адам Хаву, жену свою» (Берешит, 4:1) и т.д… Своим грехом Первый человек привел к тому, что первый день Рош ѓа-шана стал днем строгого суда, как известно, а если бы он подождал до субботнего вечера, суд был бы мягким,  близость эта была бы устроена складно, а Малый лик [Высший человек] и его женщина также пребывали бы в сакральном соитии в субботу лицом к лицу. Но из-за того, что Первый человек совершил соитие раньше положенного – в будни, в первый день Рош ѓа-шана, день строгого и тяжкого суда, Малый лик и женщина его отложили свое единение до дня Шмини ацерет, чтобы до Судного дня смягчились тяжелые суды, павшие на него и женщину, и чтобы озарились и смягчились суды эти посредством Высшей матери в Судный день. А праздник Сукот – подготовка ко дню Шмини ацерет, «когда воистину происходит сакральная близость, и вот простой смысл этих вещей» (Х. Виталь, Шеар ѓа-каванот («Врата устремлений»), Толкование о Рош ѓа-шана, 1).

Что говорится нам в этом отрывке? Первый человек своим служением и молитвами, а также близостью со своей женой, которая, по мнению каббалистов и по традиции мудрецов Зоѓара, должна была быть наполнена чрезвычайно важным духовным смыслом, мог произвести естественное разделение Божественного человека и его женщины, которые бы также обрели любовный союз в субботу, и тем самым исправили бы миры. Разделение Малого лика и женщины произошло бы, очевидно, путем, достигающим более совершенного баланса сил суда и милосердия, и они всегда бы стояли друг к другу лицом к лицу. Из-за того, что этого не произошло, до конца Творения они будут повернуты друг к другу спинами, а их разделение будет происходить посредством распиливания. Служения и молитв человека отныне хватит лишь на то, чтобы повернуть их друг к другу во время краткой близости, после чего они снова возвратятся в предшествующее положение.

Почему для еврейской мистики так важен образ сакрального соития Божественного человека и его женщины? Оно вызывает успокоение и гармонизацию судов в мировом доме – точно так же, как и в любом индивидуальном доме семейном. Оно возносит душевную работу – осуществляет обратную связь с Богом, – поднимает молитвы, человеческие усилия исправить себя и мир, возносит души живые и покинувшие тела, а также души праведников, пожертвовавших собой ради освящения Божьего имени. Этим оно  вызывает Божественную реакцию – на нас изливается семя Бога, т. е. свет и благо, необходимые для поддержания мироздания, а также свет, который становится человеческими душами. Во время высшего соития, как говорят каббалисты, происходит встреча двух потоков вод: «женских», идущих снизу, и «мужских», изливающихся с высших ступеней Божественности. Итак, грех Первого человека привел к тому, что этого можно достичь только в определенные периоды времени. Как мы теперь знаем, шестой и седьмой (Суббота) дни Творения являлись двумя днями праздника Рош ѓа-шана, и, несмотря на то, что вторым днем была суббота, когда разделение и близость Божественной пары происходят без участия человека, в начале Творения их не было. Приведенный выше фрагмент Ари говорит нам, что «распиливание» продолжается все Десять дней раскаяния, причем наиболее тяжелый из его этапов падает на два дня Рош ѓа-шана.

«Учили в Сифра де-Цниута, мужские суды тяжелы в начале («в голове»), – к исходу своему («к концу») успокаиваются. Женские суды, спокойны в начале («в голове»), и возрастают к исходу («в конце»)» (Зоѓар, Идра раба, ч.3, 142б).

Толкование этого изречения стало важным для лурианского объяснения, как проходит «распиливание» эти Десять дней, и что конкретно происходит в Рош ѓа-шана. Самый тяжелый, как мы уже знаем, – первый день праздника. С чем это связано? Как было уже замечено нами выше, процесс разделения мужского и женского конкретно состоит не только в том, чтобы отделить два облика и два тела друг от друга. В каббалистическом смысле он состоит в том, что суды, которые были заложены в пару в целом, нужно упаковать в женщину, тогда как оставшееся милосердие должно распределиться по внутреннему миру мужчины. Это делается по многим причинам, – в частности и для того, чтобы один из них (видимо, более терпимый к судам) смог их вынести, а другой был способен, как буквально говорит Зоѓар, их «ароматизировать»  (от слова босем – «благовоние»). Эта функция по законам мироздания была отдана мужчине.

В первый день Рош ѓа-шана распиливание начинается с головы. Как сказано выше, самые большие проблемы, самые тяжкие суды у мужчины связаны с головой. Их, согласно Божественному проекту, необходимо изъять и поместить в женщину. Поэтому именно первый день праздника самый тяжелый – это день наиболее строгого суда.

Второй день, по сравнению с первым, легкий, ибо распиливание спускается ниже уровня головы Божественного человека и касается менее тяжелых судов. В добавление к этому, мы помним, что «навел Господь Бог крепкий сон на человека» (Берешит, 2:21), также и Малый лик в начале процедуры «распиливания» спит. При этом, как объясняют каббалисты, свет который он получает от Великой матери (Бина), чтобы построить собственное сознание (мохин – «мозги») и с его помощью смягчать суды женщины, формируя ее сознание, уходит от него во время сна, и женщина получает мохин непосредственно от Великой матери без всякого его вмешательства.

Так происходит в первый день праздника, пока трубный глас шофара не разбудит Малый лик от сна. Во второй день этого уже не происходит, поэтому суды становятся более мягкими. «Распиливание», как мы уже замечали, продолжается вплоть до Судного дня, – у Ари детально описывается, в какой день от Божественной женщины отделяется та или иная часть Малого лика, и в какое место  в ее теле (соответствующее определенным сфирот) помещаются извлеченные из него суды. Так, например, день, следующий за Рош ѓа-шана, когда мы соблюдаем пост Гедальи, также считается тяжелым днем, ибо тогда «отпиливается» часть женской головы, принимающая суды, из левой стороны мозга Малого лика (его сфиры Бина). Поэтому и был убит Гедалья, – говорит Ари.

Несира достигает своего апогея в канун Судного дня, когда «отпиливается» телесный низ высшей женщины – формируется ее материнское чрево и лоно. Именно в силу этого мы должны «готовиться к посту» – поддерживать ее энергиями, приходящими снизу, а не от Высшего источника, т.е. едой и питьем. Для этого мы устраиваем обильную разделительную трапезу – обряд, подчеркиваемый и одобряемый еще мудрецами Талмуда:

«Каждый, кто ест и пьет в девятый день [месяца тишрей], сказано о нем, что будто бы он постится также и в девятый, как и в десятый день» (Брахот, 8б).

Завершающей кульминацией процесса разделения Божественного человека является сам Судный день. Божественная женщина, которая теперь обрела «полную свободу», став самостоятельной личностью, с самого наступления вечера, когда мы начинаем молиться, медленно восходит ввысь, чтобы лицезреть Великую мать (Бина). В этот день евреи соблюдают пять запретов-лишений: еда и питье; омовение; умащение; ношение кожаной обуви и супружеские отношения. Эти пять соответствуют другим пяти: украшениям-дарам, которые Божественная женщина, только что ставшая сама собой, должна обрести лично от Высшей матери и без посредства Малого лика – пять смягченных («подслащенных и ароматизированных») судов. Эти дары, которые мы еще более изукрашиваем в праздник Сукот во время молитв и пиршеств, сыграют решающую роль в подготовке любовного соития Малого лика и его женщины, которое наконец произойдет в Шмини ацерет – завершающий самостоятельный праздник всего осеннего периода, совпадающий в земле Израиля с праздником радости Торы – Симхат Тора.

Получение пяти даров совершается во время последней пятой молитвы Судного дня – Неила («Запирание [врат]»), когда происходит «запечатывание приговора», полученного нами в Десять дней. Время от наступления Йом Кипура до Неилы мы осторожно поднимаем молитвами эту Божественную женщину. Венец восхождения наступает тогда, когда они вместе (Великая Мать, Женщина и присоединившийся к ним Малый лик) достигают бороды Святого Ветхого, как бы растворяясь в свете ее милосердия. Этим заканчивается период боли и раскаяния, страха перед будущим и трепетного упования на Высшую помощь. Точнее, он заканчивается еще в Судный день, который медленно из тяжкого поста и лишения превращается в торжество свободы и «выносимой» легкости бытия (Великая мать, Бина, символически связывается каббалистами с «миром свободы»). На смену периоду, названному словами Песни песней: «Левая рука его у меня под головою» (Шир ѓа-ширим, 2:6), приходит время «А правая – обнимает меня» (там же), и мы готовимся строить суку, под сенью которой суждено произойти другим великим таинствам…

 


ОТПРАВИТЬ

*

ОТПРАВИТЬ
Ваш комментарий отправлен оператору сайта снижение