next perv

Принципы наречения имён в Танахе



Nomen est omen, имя – предсказание, – говорили римляне. Люди Танаха тоже придавали имени большое значение и давали имена своим детям не просто так, а по одной из нескольких причин.

Одна из основных моделей именования в Танахе – теофорная: к какому-либо значимому корню прибавляется одно из имён Бога, в начале или в конце. Так, корень со значением «давать» даёт четыре имени: Эльнатан, Нетанэль, Йонатан и Нетанья. Давая такое имя ребёнку, родители благодарят Бога (каким бы именем его ни называли) за дарование сына. Такие имена могут выражать:

благодарность (Азриэль, Эльазар, Азарья – ‘Бог помог’/ ‘Господь помог’);

молитву (Йишмаэль – ‘услышит Бог’, Йирмияѓу – ‘возвысит Господь’, Йехезкель – ‘усилит Бог’);

или теологическое утверждение (Элияѓу, Йоэль – ‘Господь есть Бог’).

Теофорные имена могут быть и идолопоклонническими: Адони-Безек, Йерубаал; во многих таких случаях авторы Танаха благочестиво заменяют имя «неправильного» божества чем-нибудь презрительным: из Йерубаала получается Йерубешет, из Ишбаала – Ишбошет (‘человек позора’). Нередко изначальный теофорный фрагмент имени отсекается вовсе, в частности – дабы не упоминать имя Божье в суе: так из Азарьи получается Эзра, из ПалтиэляПалти, из ШлумиэляШалум. Аналогично можно предположить, что Закур на самом деле Зехарья, а НахумНехемья. При этом, разумеется, не всегда очевидно, какой именно теофорный компонент подразумевался – был ли это яху, эль или языческий баал

Вторая модель наречения имен связана с жизненными обстоятельствами. Обстоятельства дарования человеку имени зачастую описаны в Танахе. Так, во многих случаях появлению тех или иных имен потомков Авраѓама вплоть до сыновей Йеѓуды традиция находит объяснения, и во всех этих случаях имя имеет отношение к обстоятельствам рождения ребёнка:

Ицхак – потому что Сара смеялась;

Яаков держался за пятку брата;

имена сыновей Леи и Рахели связаны с их острой борьбой за главенство в семье Яакова;

Перец прорвался напролом;

на руку Зераха повязали сияющую нить;

Эфраим назвал сына Бериа (‘во зле’), когда был в трауре по смерти других сыновей…

Мидраш (Сота, 36б; Танхума Бубер, Ваигаш 7) связывает имена всех десяти сыновей Биньямина с его тоской по брату Йосефу.  Мидраш также отмечает, что «древние обладали святым духом и могли давать имена по событиям» (Берешит раба, 37:7).

Иногда имя не совсем точно совпадает с предполагаемыми обстоятельствами его наречения:

Ноах должен был утешить (‘нахем’);

Шмуэль выпрошен у Бога (хотя ‘выпрошен’ было бы скорее шауль; интересно, что Шауль – имя царя, помазанного Шмуэлем, в этом можно видеть некий тайный смысл);

Яавец рождён в печали (‘эцев’).

Имена могут быть и целыми высказываниями:

Ихавод (‘нет славы’-‘бесславие’) получил своё имя после военного поражения;

Эѓуд (’где величие’), в эту же мрачную эпоху судей есть и Иэззер (‘нет помощи’);

Менашше (‘дающий забыть’) дал Йосефу забыть тяготы в Египте;

Менахем (‘утешитель’) знаменует грядущее утешение евреев;

Мешулам (‘совершенный’, ’получающий воздаяние’) выражает надежду на соответствующие качества его носителя.

Третья модель именования – «потому что красиво». Такова большая часть женских имён: Тамар – ‘пальма’, Ривка – ‘телица’, Рахель – ‘овечка’, Йедида – ‘любимая’, Нооми – ‘приятная’. Имена могут также исходить из внешней характеристики: Корах – лысый, Лаван – белый, Рам – высокий. Отцы Танаха, не мудрствуя лукаво, называли сына Волком, Вороном, Козлом, Собакой, Змеёй, Птицей или даже Мышью, а дочь – Крысой или Пчелой. При этом в Танахе ни разу не упоминается человек по имени Бык (Шор или Алеф) – надо полагать потому, что бык – символ Баала… Интересно, что ни одно из наименований льва (арье, лаиш, кфир, лави, шахаль, шахац) не употребляется в Танахе как имя собственное – возможно, чтобы не накликать страшного зверя.

Четвёртая, реже встречающаяся модель – именование по родственникам. Подавляющее большинство имён Танаха уникально, они есть только у одного человека. Но есть примеры, когда внука называют по деду: Азарья, сын Йоханана, сына Азарьи; Амацья, сын Хилкии, сына Амоца; Шима, сын Узы, сына Шими; Мааха, дочь Авшалома, сына Маахи – или по отцу: Авнер (’мой отец Нер’), сын Нера,  Авишай (’мой отец Ишай’), сын Ишая. Ещё в допотопные времена потомка Каина звали Тувал-Каин. Есть и другой пример родственной связи: Авшалом, сын Давида, вступился за поруганную честь своей сестры Тамар – и назвал дочь Тамар.

Некоторые герои Танаха в течение жизни меняли имя. Всем известно, как Аврам превратился в Авраѓама, Сарай – в Сару, а Яаков – в Йисраэля. Сменил имя и Шломо: вначале его звали Йедидья – друг Господа, а потом назвали  ’мирный, благодатный’ (Шломо – букв. «мир его»). Вавилонский царь Невухаднецар сменил имя одного из отпрысков иудейского царского рода Матаньи (’дар Господа’) на Цидкияѓу (’праведность Господа‘) и воцарил его в Иудее, а ещё до этого египетский фараон изменил имя Эльякима на Йеѓояким, возведя его на престол. Вавилонский сановник переименовал Даниэля, Хананью, Мишаэля и Азарью в Белтшацара, Шедраха, Мешаха и Авед-Него, обозначая тем самым переход их в статус слуг вавилонского двора, а египетский фараон дал возвышенному им пришельцу Йосефу благородное египетское имя Цафнат Панеах. Могут быть и другие причины изменения: Ахан (змей) смутил (ахар) Израиль – и поэтому появился Ахар, Нооми в горести назвала себя Мара (горькая).

Интересные результаты получаются при диахроническом анализе имён. Возьмём, к примеру, людей, упоминающихся в книгах Шмот-Ваикра-Бемидбар. Можно выделить четыре группы людей, имена которых нам известны:

1) Главы колен на второй год после Исхода (Бемидбар, гл. 1) и главы родов колена Леви (Бемидбар, гл. 3),

2) Разведчики, посланные Моше исследовать Ханаан (Бемидбар, гл. 13),

3) Главы колен на сороковой год после Исхода (Бемидбар, 34).

4) К этому прибавим семейство Моше и Аѓарона, их предков и потомков: родословная этого семейства нам известна лучше всего.

В каждой из групп для каждого человека известно его имя и имя его отца. Во всех этих группах есть имена пяти типов:

1) теофорные (Элицур – ‘Бог мой твердыня’, Гамлиэль – ‘воздал мне Бог’);

2) имена с заменой имени Бога на что-либо другое (Авихаиль – ‘Отец мой сила’, Ахиэзер – ‘Брат мой помощь’, Амиѓуд – ‘Родич мой слава’; исследователи Танаха считают, что эти слова относятся к Богу как к Старшему брату и Отцу);

3) имена, которые, возможно, являются сокращением теофорных (Шломи – ‘мир мой’, сравни Шлумиэль, Палти – ‘искупление моё’, Шафат – ‘рассудил’, сравни Йеѓошафат; см. выше о вариантах имён Палти-Палтиэль и Эзра-Азарья);

4) имена-молитвы пожелания (Игаль – ‘да освободит’, Ѓошеа – ‘спаси’, Йосеф – ‘да прибавит’, Йефуне – ‘да повернётся’);

5) различные слова и описания (Рафу – излечённый, Шифтан – судья, Азан – сильный, Нахби – скрытый).

Во всех поколениях много «религиозных» имён. При этом, имена сыновей более «религиозные», чем имена отцов (Элиав бен Хелон, Амиэль бен Гмали, Элидад бен Кислон). Имена–молитвы пожелания появляются только у тех, кому давали имена примерно за 40 лет до Исхода.

Напомним, что евреи провели в Египте 210 лет. Египетское рабство началось после смерти Йосефа и его братьев (Шмот, 1: 6-8); о Леви известно, что он дожил до 137 лет (Шмот, 6:16) и пришёл в Египет в возрасте 42 лет (на основании Берешит, 41:46), значит, рабство началось примерно за 110 лет до Исхода. За 80 лет до него оно усугубилось и египтяне начали убивать еврейских младенцев (Шмот, гл. 1).

Из нашего анализа вытекают следующие выводы:

– Евреи на протяжении всего пребывания в Египте помнили о Боге отцов.

– Родители старались давать детям более напоминающие о Нём имена, чем свои собственные, чтобы дети были живым напоминанием.

– После усугубления египетского рабства евреи начали молиться об освобождении и увековечивать эти молитвы даже в именах детей.

 


ОТПРАВИТЬ

*

ОТПРАВИТЬ
Ваш комментарий отправлен оператору сайта снижение