next perv

Орфей, Гелиос и Юпитер: языческие мотивы в еврейском религиозном искусстве



Услышав название предполагаемой статьи, знакомый автора этих строк воскликнул: «Языческие мотивы в религиозном еврейском искусстве? Этого не может быть!». Пришлось ответить, что о том, что может быть, я судить не берусь. Но вот о том, что было или есть, кое-что читал и знаю.

Первое знакомство с греческой и римской мифологией произошло у евреев еще в античности. Мишна свидетельствует, что палестинские евреи даже читали книги Гомера, которые, по мнению мудрецов, “не оскверняют руки“. Поэтому неудивительно, что самые ранние свидетельства заимствования мифологических мотивов относятся уже к этой эпохе.

По словам Иерусалимского Талмуда, во времена р. Йоханана (III век н.э.) на стенах синагог стали изображать человеческие фигуры, а во времена р. Абуна (IV век.) подобные изображения появились и на мозаичных полах. Современные археологические изыскания это подтвердили: на стенах и полах многих древних синагог, найденных в Земле Израиля, действительно можно увидеть мозаичные изображения на различные сюжеты.

К примеру, в синагоге в Дура-Европос над нишей, где помещался свиток Торы, можно увидеть  бородатого мужчину, играющего на  арфе перед животными.  Похожее изображение бородатого музыканта была найдено на мозаичном полу синагоги в Газе. В обоих случаях надпись рядом с изображением утверждает, что перед нами – царь Давид, который, как известно, был не только поэтом, но и музыкантом. Однако знатокам античного искусства этот Давид показался слишком знакомым, поскольку точно такое же изображение часто встречается у греков. Правда, там музыканта звали, естественно, не Давид, а Орфей – это был прославленный кифаред из Фракии, герой мифов о Дионисе и Эвридике.

OLYMPUS DIGITAL CAMERA

Давид. Мозаика из синагоги в Газе,  VI в.

d0bed180d184d0b5d0b9-d0bcd0bed0b7d0b0d0b8d0bad0b0-1-d185d0bed0bcd0b5d0bdd0bad0be

Орфей.  Мозаика из Тарса, III в. 

Еще более интересная  находка  была сделана при раскопках синагоги в Тверии, где было обнаружено изображение солнца в окружении знаков зодиака. Последнее вполне объяснимо – астрология была важной, даже неотъемлемой частью талмудической культуры. Однако солнце художник изобразил в виде бородатого мужчины, похожего на  греческие «портреты» бога солнца Гелиоса, один из которых, видимо, и послужил образцом украшавшему синагогу художнику.

Screen-Shot-2012-04-08-at-10.42.37-PM

Мозаика из синагоги Бейт-Альфа, V в.

Как известно, греки представляли Гелиоса скачущим по небу на колеснице или огненных конях; еще Гомер говорил о нем: «Несется на пламенных конях, и ярко горящие очи/ Сверкают под шлемом златым – так, как стрелы, лучи, рассыпаясь». Похожие представления мы находим и в еврейской литературе. Автор апокрифической книги Юбилеев, написанной не ранее 160 года до н. э. и никак не позднее 70 года н.э., упоминает о «колесницах солнца, и луны, и звезд, и обо всех знамениях неба». А создатель мидраша, окончательно сложившегося после арабского завоевания Палестины, писал:

«Восходит солнце на колеснице и в венце, подобно жениху, как сказано:”Солнцу поставил Он шатер в них. И оно, как жених, выходит из-под свадебного балдахина, радуется, как храбрец, пробегая путь” (Теѓилим 19:5)».

Разумеется, языческие изображения были найдены не только в синагогах.  К примеру, в доме некого еврея по имени Леонтий, жившего в Скифополисе (Бейт-Шеане), археологи нашли изображение Одиссея, искушаемого сиренами.

.14

Многочисленные языческие изображения (например, Леды и Лебедя) были обнаружены на саркофагах из римских катакомб в районе Бейт-Шеарим, где были похоронены многие уважаемые раввины своего времени. Рядом с языческими символами часто помещали еврейскую надпись или изображение меноры, чтобы было понятно, что здесь похоронен еврей.

8_wa

Попробуем теперь проанализировать вышеизложенные факты. Прежде всего, совершенно очевидно, что евреи античной Палестины верили в языческих богов не больше, чем, скажем, многочисленные художники-христиане,  многократно обращавшиеся к мифологическим сюжетам. Тем не менее, остается вопрос – как такие образы могли стать частью еврейского религиозного искусства?

На наш взгляд, во многом это стало возможным… благодаря победе восстания Хасмонеев. После того, как удалось сорвать попытку насильственной эллинизации, образы и сюжеты, заимствованные из греческой мифологии, перестали восприниматься в качестве источника потенциальной угрозы. Поэтому, к примеру, рабан Гамлиэль мог мыться в бане рядом со статуей богини Артемиды, не испытывая по этому поводу никаких угрызений совести или даже просто дискомфорта. А некоторые его современники не видели большой беды, если языческие по своему происхождению образы появятся в синагоге или на еврейском надгробии.

Вряд ли старик Матитьягу и его сыновья, возглавившие восстание в защиту Торы, задумывались о том, что их победа может принести и такие плоды. Тем не менее, благодаря их успеху их потомки смогли безбоязненно допустить «красоту Яафета в шатры Шема».

Жаба

Вы специально такой шрифт выбрали, который нельзя читать?




ОТПРАВИТЬ

*

ОТПРАВИТЬ
Ваш комментарий отправлен оператору сайта снижение