next perv

Легенды евреев: Указ об уничтожении народа



Выдаюшийся ученый и талмудист, уроженец Ковно Луис (Леви) Гинцберг (1873–1953) по праву считался одним из лидеров американского еврейства. Его перу принадлежит множество статей, исследований, галахических респонсов. Однако наибольшую известность Гинцбергу принес семитомник  «Сказания еврейского народа», в котором он собрал и систематизировал множество легенд и преданий, рассыпанных по страницам Талмуда и классических мидрашей.  Опубликованные еще в начале прошлого века, “Сказания” практически сразу стали классикой.
Выносим на суд читателей подборку легенд и преданий, связанных с событиями, описанными в библейской книге Эстер.

Евгений Левин, переводчик

Обвинения против евреев

Окончательно решив уничтожить всех евреев, Аман явился к Ахашверошу, и предъявил свои обвинения: «Во всех областях царства твоего есть один народ, рассеянный среди народов и обособленный» (Эстер, 3:8). Это евреи, народ надменный и дерзкий. В тевете, в разгар зимы, они купаются в горячей воде, а летом сидят в холодной воде. У них своя вера, «и законы у него иные, чем у всех народов» (там же). Наших законов они не соблюдают, наша вера им не нравится, и «законов царя они не выполняют» (там же). Когда они видят нас, то плюют перед нами; они относятся к нам, как к нечистым сосудам. Если мы возлагаем на них царские работы, то они перепрыгивают через стены, прячутся в комнатах или делают в стене пролом и убегают. Если нам удается схватить их, оно оборачиваются к нам, глядят своими глазами, скрежещут зубами, топают ногами и так нас пугают, что мы не в силах их удержать. Они не отдают за нас своих дочерей и не берут в жены наших дочерей. На царской службе они бездельничают весь день напролет. Если они хотят купить у нас, то говорят: это торговый день. Если же мы хотим купить у них, они говорят: сегодня мы не торгуем, – поэтому в базарный день у них ничего не купишь.

Аман обвиняет евреев перед Ахашверошем. Арент де Гелдер, 17 в.

Время они проводят так: первый час дня, по их словам, они читают Шма; второй молятся; третий едят; четвертый – произносят благословение после еды, благодаря Бога за еду и напитки, которые Он им дал; пятый занимаются делами; в шестой чувствуют, что нуждаются в отдыхе; в седьмой час жены зовут их домой, говоря: возвращайтесь, утомленные на царской службе.

Каждый седьмой день у них суббота. В этот день они идут в синагогу, читают свои книги, переводят отрывки из пророков, проклинают царя и поносят власти, говоря: этот день Бог дал нам для покоя, даровав нам отдых от язычников.

Их женщины оскверняют воду своими ритуальными омовениями, которые совершают через семь дней после менструации. На восьмой день после рождения сына они безжалостно обрезают его, говоря: это отличает нас от других народов.

Каждые тридцать, а иногда каждые двадцать девять дней они празднуют начало нового месяца. В нисане они восемь дней празднуют Песах, и начинают праздник с того, что разводят костры, на которых сжигают хлеб. Прежде, чем начать есть опресноки, они они убирают из своих домов все квасное, говоря: «В этот день наши предки были освобождены из Египта». Этот праздник они называют Песах. Они идут в синагогу, читают свои книги, переводят отрывки из пророков, приговаривая: «Так же, как мы удалили из своих жилищ все квасное, мы избавимся от нечестивой власти».

В сиване у них еще один двухдневный праздник. Они идут в синагогу, произносят Шма и другие молитвы, читают Тору, переводят отрывки из пророков, проклинают царя и поносят власти. Этот праздник они называют Ацарта, завершающий праздник. Они поднимаются на крыши синагог и бросают вниз яблоки, приговаривая: «Как эти яблоки соберутся вместе, так и мы соберемся из рассеяния среди языческих народов». Они говорят, что отмечают этот праздник, поскольку именно в этот день их предки получили Тору на горе Синай.

Первого тишрея они празднуют свой Новый год. Снова они идут в синагогу, читают свои книги, переводят отрывки из пророков, проклинают царя и поносят власти, и трубят в рог, приговаривая: «В этот День Памяти да будем мы помянуты добром, а враги наши злом».

На девятый день того же месяца они режут скот и птицу, едят и пьют, предаваясь обжорству – они сами, их жены, сыновья и дочери. Десятый день того же месяца они называют Великим праздником, и все они постятся вместе с женами, сыновьями и дочерями; они немилосердно мучают даже своих детей, заставляя поститься вместе со всеми. При этом они приговаривают: «В этот день нам простятся наши грехи, и будут добавлены к грехам врагов наших». Снова они идут в синагогу, читают свои книги, переводят отрывки из пророков, проклинают царя и поносят власти, приговаривая: «Пусть враги наши будут, подобно грехам нашим, стерты с лица земли».

В пятнадцатый день того же месяца они празднуют праздник Кущей. Крыши домов они накрывают ветками, и идут в сады, где рубят пальмовые ветви для своих праздничных гирлянд,  собирают плоды, называемые этрогами, и производят великий шум, когда в день, называемый Гошана Раба, колотят связками ивовых ветвей, приговаривая: «Как царь во время триумфа, так и мы». Затем они возвращаются в синагоги, читают свои книги, совершают кружения-гошанот, во время которых скачут и прыгают, словно козлы, так что не поймешь, благословляют они нас или проклинают. Этот праздник они называют Суккот, и, пока он длится, не исполняют никакой царской службы, поскольку все дни праздника им запрещено работать.

Так они проводят весь год в безделье и праздности, лишь бы не исполнять никакой царской службы. Более того, каждые пятьдесят лет у них юбилей, а каждый седьмой год – субботний, когда вся земля лежит под паром, ибо они не сеют, не пашут, не собирают урожай и не торгуют выросшим на их полях, так что язычники, живущие среди них, умирают с голоду. Каждые двенадцать месяцев у них Новолетие, каждые тридцать дней Новомесячье, а каждую неделю суббота, когда, по их словам, отдыхает и сам Творец вселенной.

Когда Аман закончил обличать евреев, Бог сказал: «Ты верно перечислил все еврейские праздники, но забыл Пурим и Шушан-Пурим, праздники, которые евреи установят в память о твоем падении».

Аман оказался мудрым обвинителем, однако у евреев нашелся не менее мудрый защитник, архангел Михаэль. Пока Аман излагал свои обвинения, Михаэль обратился к Богу: «Владыка мира!  Разве ты не видишь, что евреев не обвиняют ни в идолопоклонстве, ни в кровопролитии, ни в разврате, но лишь в том, что они соблюдают твою Тору?!». Всевышний поспешил успокоить архангела: «Жизнью клянусь, что не оставил их и не оставлю и впредь».

Архангел. Арент де Гелдер, 17 в.

Обвинения Амана против евреев пришлись царю по нраву, и он сказал: «Я тоже хочу уничтожить евреев. Но я боюсь их Бога, который очень могуч, и очень любит свой народ. Он сокрушает всякого, кто осмелится восстать на них. Вспомни фараона – разве его пример не должен послужить нам наукой? Он правил всем миром, но за то, что угнетал евреев, был поражен страшными казнями. Бог вывел их из Египта, и рассек для них море – чудо, которого не удостоился ни один народ. А когда фараон, со своим войском из шестисот колесниц, бросился за ними в погоню, то утонул в море вместе со всей своей армией. Амалек, твой предок, напал на них во главе войска, насчитывавшего 400 тысяч героев. Бог отдал их в руки Йегошуа, который поразил их мечом. Под началом Сисры было сорок тысяч воевод, и каждый из них командовал 100 тысячами воинов. Бог отдал этого великого полководца в руки женщины, чтобы навечно стать присказкой и посмешищем. Многое могучие правители поднимались против них, и все они были сокрушены их Богом и покрыли себя позором. Ужели же мы посмеем выступить против них?».

Однако Аман проявил настойчивость. День за днем он убеждал царя принять его план. Тогда Ахашверош созвал совет мудрецов всех народов и языков, и задал им вопрос: возможно ли уничтожить евреев, если, как мы видим, они отличаются от всех народов. Мудрые советники спросили в ответ: «Кто толкает тебя на этот безумный шаг? Если уничтожить евреев, мир прекратит свое существование, ибо мир существует лишь ради Торы, которую изучают евреи. Солнце и луна светят только ради Израиля, и если его не станет, не будет ни дня, ни ночи, ни дождя, ни росы, орошающих землю. Более того, все народы, кроме Израиля, для Него «пришельцы», их же Он назвал возлюбленными детьми и своими сыновьями. Если люди не позволяют покушаться на своих детей и домочадцев, то неужели Бог, Владыка всего, всех сил на небе и на земле и всех духов,  будет спокойно смотреть, как обижают Израиль?».

Однако Аман знал, что ответить этим мудрецам: «Их Бог, утопивший фараона и совершивший все прочие чудеса и знамения, что вы перечислили, постарел, и теперь ничего не замечает и не способен защитить. Разве Навуходоносор не разрушил Его дом, не сжег Его дворец, не рассеял Его народ по всей земле, и Он не мог ничего ему сделать? Будь у Него сила и могущество, разве Он не проявил бы их? Это лучшее доказательство, что Он одряхлел и стал немощным».

Услышав эти слова Амана, мудрецы-язычники согласились с его планом, и поставили подпись под указом об уничтожении евреев.

 

Указ об уничтожении

Вот текст указа об уничтожении евреев, который Аман послал главам всех народов:

«Написано мной, великим вельможей царя, вторым человеком в государстве, первым среди вельмож, одним из семи князей, самым знатным среди знатных людей империи. В согласии с начальниками провинций, князьями царя, вождями и владыками, восточными царями и их сатрапами, посылаю вам указ царя Ахашвероша, запечатанный его печатью, чтобы его нельзя было отменить, о могучем орле Израиле. Этот могучий орел распростер свои крыла над всей вселенной, так что никакой зверь и никакая птица не могут этого вынести. Однако явился могучий лев Навуходоносор, и нанес могучему орлу сокрушительный удар. Крылья его были сломаны, перья вырваны, лапы отрублены.  С того дня, как этот орел был изгнан из своего гнезда, все человечество наслаждалось миром, спокойствием и безмятежностью. Однако ныне мы заметили, что он делает все, что в силах, чтобы вновь отрастить крылья. Его перья вновь отросли, и его намерение – покрыть весь мир, как было в дни наших предков.  Поэтому я, царь Ахашверош, вместе со всеми князьями Персии и Медии, пишу вам и даю такой совет: расставьте силки на орла и схватите его прежде, чем он вновь обрел свою силу, и вернулся в свое гнездо. Советуем вырвать ему перья, сломать крылья, отдать его мясо птицам небесным, раздавить яйца, лежащие в гнезде, и убить его птенцов, чтобы в мире не осталось о нем даже памяти.

Наш совет не похож на совет фараона. Тот хотел уничтожить лишь евреев-мужчин, женщинам же он не причинил никакого вреда. Наш совет не похож на совет Эсава, который хотел убить своего брата Йакова, а его детей сделать своими рабами.  Мы не хотим поступать, как Амалек, поразивший слабых и уставших, и не трогавший сильных. И не следуем совету Навуходоносора, который отправил их в изгнание и поселил близ своего престола. И совету Синнахериба, который дал евреям земли лучше их прежних. Хорошо понимая, что происходит, мы решили «истребить, убить и погубить всех иудеев,  от отрока до старца, детей, и женщин» (Эстер, 3:13), дабы о них не осталось и памяти, «а имущество их разграбить» (там же)».

Указ, изданный царем Ахашверошем против евреев, звучал так:

«Всем людям, народам и племенам. Мир вам. Пишем вам, что явился к нам человек не нашего рода не из нашей земли, амалекитянин, потомок великих предков, Аман. Он обратился ко мне с просьбой, сказав: «Живет среди нас народ, самый презренный из всех, который все время оказывается камнем преткновения. Они очень надменны, и знают все наши слабости и недостатки. Они вечно проклинают царя такими словами: «Бог – Царь вселенной во веки веков; Он изгонит язычников из нашей страны, Он отомстит и покарает эти народы».

С начала времен они были неблагодарными. Свидетельство тому  – как они поступили с фараоном. В годы голода тот милостиво принял их вместе с женами и детьми. Затем фараон захотел построить себе дворец, и повелел евреям это сделать. Они начали работать с жалобами и стенаниями, и не достроили его и по сей день. В разгар работы они обратились к фараону с такими словами: «Мы хотим принести жертвы нашему Богу в трех днях пути отсюда, и просим выдать нам серебряные и золотые сосуды, одежды и украшения». Они взяли столько, что каждый из них вел девяносто тяжело нагруженных ослов, и опустошили Египет. Когда через три дня они так и не вернулись, фараон погнался за ними, чтобы вернуть похищенные сокровища. Что же сделали евреи? Был среди них муж по имени Моше сын Амрама, могучий колдун, выросший в доме фараона. Когда они дошли до моря, он поднял свой посох, рассек воды, и провел евреев посуху, а фараона и его войско утопил.

Их Бог помогает им, пока они соблюдают Его законы, поэтому никто не мог одолеть их. Билама, единственного пророка-нееврея, они убили мечом. Так же поступили с Сихоном и Огом, могущественными царями Ханаана, а земли их забрали себе. Их царь Шауль и пророк Шмуэль уничтожили Амалека, великий и славный народ. Их безжалостный царь Давид сокрушил филистимлян, моавитян и амонитян, и никто не мог устоять перед ним. Шломо, мудрый и разумный сын царь, построил в Иерусалиме Храм, чтобы они не рассеялись по всей земле. Но после того, как они сильно провинились перед своим Богом, Он отдал их в руки Навуходоносора, изгнавшего их в Вавилон.

По сей день они живут среди нас, и хотя они в нашей власти, в их глазах мы ничего не стоим. Их вера и законы отличны от верований и законов всех других народов. Сыновья их не берут в жены наших дочерей, богов наших они не почитают, с нашей честью не считаются, и не хотят преклонять колени пред нами. Именуя себя способными, они не хотят нам служить, и не исполняют наших повелений.

Поэтому мы собрали вельмож, правителей и сатрапов, держали с ними совет, и вместе с ними твердо решило, согласно законам мидян и персов, уничтожить всех иудеев, живущих на земле. И вот указ, который  мы посылаем в сто двадцать семь провинций моего царства:  истребить, убить и погубить всех иудеев: от отрока до старца,  детей, и женщин – в один день, в тринадцатый день двенадцатого месяца, то есть месяца Адара, а имущество их разграбить. Как они поступали с нашими предками и хотели поступить с нами, следует поступить с ними самими. Так следует поступить, и это найдет милость в моих глазах.

Ахашверош, царь Мидии и Персии».

За уничтожение евреев Аман предложил Ахашверошу десять тысяч талантов серебра. В своих расчетах он исходил из числа евреев, вышедших из Египта (шестьсот тысяч) и предложил за каждого половину шекеля серебра – сумму, которую каждый еврей ежегодно уплачивал на содержание святилища. И хотя это была огромная сумма, так что Аман не нашел достаточно монет, чтобы ее выплатить, Ахашверош отказался. Когда Аман сделал это предложение, царь сказал: «Бросим жребий. Если тебе выпадет Израиль, а мне деньги, то ударим по рукам, если же нет, сделка не состоится». Поскольку евреи много грешили, жребий подтвердил, что продажа должна состояться. Однако Амана это не обрадовало – ему не хотелось расставаться с такими деньгами. Заметив, что временщик не весел, царь сказал ему: Оставь деньги себе. Мне не жалко, если ради такого дела я понесу убытки.

Для евреев стало большой удачей, что царь не взял деньги, поскольку в этом случае его подданные не подчинились бы второму указу, благоприятному для евреев. Напротив, они могли бы заявить, что, взяв деньги, царь отказался от всех прав на евреев в пользу Амана, и тот в праве поступить с ними, как ему заблагорассудится.

Ударив по рукам, Ахавшерош и Аман сели пировать. Это стало наказанием за грех сыновей Йакова, которые, продав своего брата Йосефа в рабство ишмаильтянам, сели есть и пить.

Поскольку Ахашверош ненавидел евреев не меньше Амана, и царь, и его временщик были очень довольны. Однако столица Шушан пребывала в замешательстве и печали. Стоило появиться указу об уничтожении евреев, как на город обрушились всевозможные бедствия. Женщины, развешивавшие на крышах стирку, срывались и разбивались насмерть. Мужчины, ходившие по воду к колодцам, оскальзывались и тонули. Поэтому пока Аман с Мордехаем пили и веселились в царском дворце, город оплакивал своих мертвых.

 

Сатан обвиняет евреев

Как только содержание царского указа стало известно, жизнь евреев стала невыносимой. Если еврей шел по улице за покупками, персы окружали его со всех сторон и дразнили, говоря: скоро наступит завтра, и тогда мы убьем тебя и заберем все твои деньги. Если еврей хотел продать себя в рабство, не находилось покупателя: даже ценой утраты свободы нельзя было оградить свою жизнь от опасности.

Однако Мордехай не отчаивался, ибо надеялся на помощь свыше. По дороге домой из дворца, после того как Аман и его клевреты с радостью сообщили ему, что царь решил о евреях, он встретил еврейских детей, возвращавшихся из школы. Остановив первого мальчика, Мордехай спросил, какой стих Писания он учил в школе в этот день. Тот ответил: «Не бойся внезапного ужаса и бедствия грешников, когда придет, ибо Господь будет твоей опорой и убережет ногу твою от силков» (Мишлей, 3:25-26). Второй мальчик учил стих «Держите совет, но он расстроится; изрекайте решение, но оно не состоится, ибо с нами Бог!» (Йешаягу, 8:10). Третий же – «И до старости Я – Он, и до седин терпеть буду Я; Я создал, Я и носить буду, Я и терпеть буду, и спасу» (там же, 46:4).

Услыхав эти библейские стихи, Мордехай возликовал, чем немало удивил Амана. Мордехай сказал ему: «Я радуюсь добрым вестям, сообщенным мне школьниками». Аман же впал в бешенство и закричал: «Очень скоро ты станешь первым, кто ощутит всю тяжесть моей руки!».

Больше всего беспокоило Мордехая, что евреи сами виноваты в грядущем бедствие, ставшем следствием их недостойного поведения на царском пиру. Восемьдесят тысяч пятьсот евреев были в числе его участников. Как и предвидел Аман, на пиру они пили и ели, напились и предались разврату; именно ради этого он уговорил царя устроить праздник.

Поэтому Сатан поспешил обвинить евреев. Его доводы звучали столь убедительно, что Бог даже потребовал принести письменные принадлежности, чтобы подписать и приложить печать к указу об уничтожении всех евреев.

Когда Тора узнала, что Сатану удалось осуществить свой замысел против евреев, она горько зарыдала, и ее плач разбудил ангелов, которые тоже заплакали, приговаривая: «Если Израиль будет уничтожен, к чему весь этот мир?».

Услышав стенания ангелов, солнце и луна облачились в траур, и так же зарыдали и запричитали, говоря: «Ужели погибнут евреи, странствующие из города в город, из страны в страну только ради изучения Торы, и жестоко страдающие от язычников лишь потому, что соблюдают Тору и хранят завет?».

Пророк Элиягу поспешил к праотцам, пророкам и другим праведникам Израиля, и обратился к ним с такими словами: «Отцы вселенной! Ангелы, солнце, луна, неба, земля и все небесное воинство горько плачут. Весь мир объят мукой, словно роженица, из-за ваших детей, которым суждено погибнуть за свои грехи. Только вы пребываете в мире и спокойствии!».

Моше сказал Элиягу: «Знаешь ли ты какого-нибудь праведника в нынешнем поколении?». Элиягу назвал Мордехая, и Моше послал пророка к нему, передать, чтобы тот, как праведник своего поколения, присоединил свои молитвы к молитвах умерших праведников – ибо тогда, возможно, удастся уберечь Израиль от гибели.

Элиягу колебался: «О, пастырь верный! – воскликнул он, – Ведь указ он уничтожении уже подписан и скреплен печатью самим Всевышним!». Однако Моше не отчаивался, но сказал праотцам: «Если указ скреплен воском, ваши молитвы будут услышаны, если же кровью, то все напрасно».

Элиягу поспешил к Мордехаю, который, узнав, что решил Всевышний, разорвал одежды и страшно испугался – ведь до этого он надеялся, что Бог поможет и спасет. Собрав вокруг себя всех детей-школьников, он велел им поститься, чтобы голод заставил их плакать и стенать. И тогда Израиль сказал Святому, благословен Он: «Владыка мира! Когда восстали на нас язычники, не захотели они ни нашего золота, и серебра, но лишь стереть нас с лица земли. Этого хотел и Навуходоносор, когда решил заставить евреев поклониться идолу. И если бы не Ханания, Мишаель и Азария, меня уже не было на свете. Теперь же Аман намеривается выкорчевать весь виноградник».

Тем временем Мордехай собрал весь народ и обратился к нему с такими словами: «Народ Израиля! Нашему Отцу Небесному вы дороги, как зеница ока. Разве вы не знаете, что случилось? Разве вы не слышали, что царь и Аман решили стереть нас с лица земли, уничтожить нас под солнцем?  У нас нет ни царя, чтобы положиться на него, ни пророка, который мог бы заступиться за нас в своих молитвах. Нам некуда бежать – нет страны, где мы почувствуем себя в безопасности. Мы подобны овцам без пастыря, кораблю, плывущему в море без кормчего, сироте без отца, которого смерть разлучила с матерью, питавшей его своими сосцами».

После этого множество евреев собралось на молитву, устроенную за городскими стенами. Туда же принесли ковчеги со свитками Торы, покрытые рубищами и посыпанные пеплом. Евреи развернули свитки, и прочли следующий отрывок: «При невзгоде твоей, когда постигнут тебя все эти предсказания, в будущие времена, возвратишься ты к Господу, Богу твоему, и будешь слушаться гласа Его. Ибо Бог милосердный Господь, Бог твой; Он не оставит тебя и не погубит тебя, и не забудет союза с отцами твоими, о котором Он клялся им» (Дварим, 4:30-31).

После этого Мордехай обратился к собравшимся с такими словами: «Народ Израиля! Нашему Отцу Небесному вы дороги, как зеница ока. Последуем же примеру жителей Ниневии, когда пророк Иона сказал им, что город будет уничтожен, когда даже царь «встал с престола своего, и снял с себя облачение свое, и покрылся вретищем, и сел на пепел, и повелел провозгласить и сказать в Ниневии от имени царя и вельмож его так: чтобы ни люди, ни животные, ни крупный, ни мелкий скот не пробовали ничего, не ходили на пастбища и воды не пили, и чтобы покрыты были вретищем люди и скот, и воззвали к Богу с силой, и чтобы отвратился каждый от злого пути своего и от насилия рук своих». И тогда «увидел Бог дела их, что они отвратились от злого пути своего, и пожалел Бог о бедствии, о котором сказал, что наведет на них, и не навел» (Иона, 3:6-10).  Последуем же их примеру и предадимся посту, быть может, Бог смилостивится и над нами».

И еще сказал Мордехай: «Владыка мира! Разве Ты не клялся отцам нашим сделать нас многочисленными, как звезды небесные? Ныне же мы словно овцы, ведомые на заклание. Что же станет с Твоей клятвой?».

Мордехай взывал в голос, хотя знал, что Бог слышит даже самый тихий шепот. Он говорил: «Отец Израиля, что же Ты сделал со мной? На один единственный стон Эсава Ты отозвался благословением праотца Ицхака: «Мечом твоим ты будешь жить» (Берешит, 27:40). И вот теперь мы сами отданы на милость меча».

Мордехай не знал, что он, потомок Йакова, плакал из-за Амана, потомка Эсава, в качестве наказания. Ибо в свое время Йаков заставил Эсава плакать и рыдать, обманом получив отцовское благословение, как сказано: «Как услышал Эсав слова отца своего, он возопил воплем великим и горьким до чрезвычайности» (там же, 34).

 

Читайте также:

Легенды евреев: Праздник в Шошане и судьба Вашти

Легенды евреев: Мордехай и Эстер

Легенды евреев: Мордехай и Аман


ОТПРАВИТЬ

*

ОТПРАВИТЬ
Ваш комментарий отправлен оператору сайта снижение