next perv

Камни первосвященника, рукопись, найденная в Меце, и Артур Конан Дойл



Раввин Йегуда (Юдель) Розенберг,  родившийся в 1859 году в польском местечке Скарышев,  считал себя потомком великого Магараля из Праги.  Женившись в семнадцать лет, Розенберг получил место раввина местечка Тарлов, и впоследствии даже называл себя Тарловским ребе, хотя никакого хасидского двора в его время в Тарлове не было.

Из Тарлова Розенберг перебрался в Люблин, где стал судьей раввинского суда, который возглавлял любавический хасид рабби Шнеур-Залман Фрадкин, автор книги Торат Хесед.  Однако вскоре у него начались неприятности – благочестивым люблинским ереям пришлось не по нраву, что почтенный судья интересуется и хорошо разбирается в русской литературе. Розенбергу пришлось перебраться в Варшаву.

Рабби Юдель Розенберг

В 1902 году Розенберг опубликовал Ядот Недарим,  комментарий к талмудическому трактату Недарим. Книга получила высокую оценку в религиозном мире. Однако продавалась она не слишком хорошо, к тому же Розенбергу не хотелось остаться в истории автором одного из бесчисленных комментариев. И в 1905 году он опубликовал действительно сенсационную вещь – Пасхальную агаду Магараля из Праги. Как утверждал Розенберг, в основу издания легла старинная рукопись,  прежде хранившаяся в королевской библиотеке в Меце, и принадлежавшая перу рабби Ицхака Каца, зятя знаменитого пражского раввина. В книгу вошли как комментарии Магараля к Агаде, которые р. Кац слышал от тестя, так и обычаи, которых великий раввин придерживался во время Пасхального Седера.

Памятник Магаралю в Праге

Согласно предисловию,  которым Розенберг снабдил свою книгу, из бывшей королевской библиотеки манускрипт попал в частные руки, причем новый владелец не соглашался расстаться с ним ни на минуту. Поэтому Розенбергу пришлось воспользоваться копией, которую прислал ему некто Хаим Шарфштейн. Письмо Шарфштейна, датированное 15 ава 5664 (29 июня 1904) года так же вошло в книгу.

В 1909 году Розенберг издал еще одну рукопись Каца – Нифлаот Магараль («Чудесных деяний Магараля»). Речь в ней шла о знаменитом пражском големе  – искусственном человеке, якобы созданном Магаралем с помощью каббалы, который защищал пражских евреев от антисемитов.  Как утверждал Розенберг, этот манускрипт так же хранился в королевской библиотеке в Меце, которая была уничтожена во время наполеоновских войн,  после чего множество редких еврейских рукописей оказалось в собственности богатых членов местной еврейской общины.

Синагога в Меце

Книга Розенберга о големе оказалась невероятно популярной. Вскоре после выхода в свет она была переиздана Хаимом Блохом, а затем опубликована им в переводе на немецкий (1920) и английский (1925) языки. В изданиях Блоха история о големе представлена как письмо, написанное самим Мааралем р. Яакову Гинзбургу из Фрайбурга.

Наконец, в 1913 году Розенберг издал Хошен мишпат шель коген гадоль («Нагрудник первосвященника») – третью и последнюю рукопись из Меца, на этот раз написанную рукой рабби Маноаха Генделя, ученика Магараля, скончавшегося в 1612 году. Среди прочего, в ней приводилась история, которую Гендель слышал от своего учителя, который поведал ему, как однажды ему довелось держать в руках драгоценные камни, бывшие частью нагрудника, который носили еврейские первосвященники, включая Аарона, брата Моше.

Согласно рукописи, двенадцать драгоценных камней каким-то образом попали в Англию, и хранились в Лондоне в музее на Белмор-стрит. В 1590 году Магараль узнал, что камни были похищены, и поспешил в Лондон, чтобы найти их и вернуть в музей для лучшей сохранности. Оказавшись в Англии, раввин прикинулся антикваром, коллекционирующим древности. Вскоре с ним связался некто капитан Уилсон, оказавшийся никем иным, как вором, укравшим камни.  Чтобы осуществить свой план, Уилсон втерся в доверие к бывшему хранителю музея профессору Андреасу, и осуществил задуманное, как только его сменил новый хранитель профессор Эдвард Мортимер.

Магараль предложил Уилсону купить камни, и они договорились о цене, а так же – что продажа состоится через две недели, чтобы Магараль успел собрать колоссальную сумму, которую затребовал похититель.

Отпущенные две недели раввин потратил на то, чтобы с помощью каббалы достать деньги. Однако в конечном итоге они не понадобились: Уилсон отдал ему камни «безвозмездно, т.е. даром», после чего Магараль, как и собирался, вернул их в музей.

Кому-то из читателей этот сюжет может показаться очень знакомым. И не удивительно, поскольку эта история не имела никакого отношения ни к Магаралю, ни к рабби Генделю, ни к королевском библиотеке. Розенберг, ничтоже сумляшися, пересказал на иврите рассказ Артура Конан Дойла «Иудейский наперсник», который, будучи любителем русской литературы, он читал в переводе.

Полагая, что благочестивые иудеи вряд ли знакомы с творчеством английского писателя, Розенберг не слишком напрягался, и даже не счел нужным поменять имя вора или местоположение музея.  Единственное изменение касалось главного героя: вместо рассказчика им стал пражский раввин.

Таким же фейком оказались и другие рукописи, изданные Розенбергом. В Меце никогда не было никакой королевской библиотеке. У местных евреев никогда не было нукаких манускриптов ни р. Каца, ни р. Генделя. Даже Хаим Шарфштейн, якобы снявший копию с первой рукописи, оказался вымышленным персонажем. Впрочем,  нельзя сказать, что весь текст «Агады Магараля» является подделкой: значительную часть материала Розенберг взял из подлинных библейских комментариев пражского раввина.

Впрочем, публикация фальшивок никак не отразилась на карьере Розенберга. В том же 1913 году он эмигрировал из русской Польши в Торонто, а в 1919 году переехал в Монреаль, где стал одним из самых известных и уважаемых раввинов. Вплоть до своей кончины Розенберг издавал книги на различные еврейские темы, однако не опубликовал больше ни строчки, имеющей отношение к Магаралю и его наследию.

Пo материалам книги Pini Dunner, Mavericks, Mystics & False Messiahs: Episodes from the Margins of Jewish History, Koren Publishers Jerusalem, 2018.


ОТПРАВИТЬ

*

ОТПРАВИТЬ
Ваш комментарий отправлен оператору сайта снижение