next perv

Из поэтического наследия Иммануэля Римского



Несколько стихотворений из книги Иммануэль Римский. Избранное / Перевод, предисловие и комментарии Шломо Крола. Под общей редакцией и со вступ. статьей М.Ю. Лотмана. Послесловие С.М. Якерсона. Приложение Дворы Брегман. – Таллин: Издательство ТЛУ, 2018. –

О женах глупцов и мудрости мудрецов

…И ответствовал я на его словеса:* О, князь, владыка, времени краса, * не говори такие слова,* ибо истинно, как душа моя жива, * и вот тебе моя голова, * что длань рока умна, * и мышца его сильна, *ибо прелесть мира была им дуракам отдана, * и ожерелья рока и его венцы* получили дурни и глупцы, * а всех презренных и уродливых получили мудрецы, * а дур и злюк — князья и народа отцы.* Ибо хочет Бог, чтобы мудрый гордиться не смел,* а глупец в несчастии своем малую помощь имел.* Ведь мудрецы своею мудростью предупредят болезнь недостатка и скорбной доли,* бальзамом Гильада и лекарством от боли.* Что им недостало — презирают они * и с улыбкою смотрят в грядущие дни,* и преимуществом своего ума* над глупцами они вознесены весьма.* А несчастные глупцы* — они при жизни своей мертвецы.* А если к их глупости добавится рока беда*, как глина под печатью, изменится она тогда.* Но врат милости не закрыл рок,* и захотел всемогущий Бог,* чтобы человек от двух столов кормиться не мог.* И оттого высшая мудрость приняла решение* дать великим мудрость и разумение,* лишив их малого наслаждения.* И хоть дал рок дураку прекрасную жену, да ведь* раскинул над ним свою сеть,* лишив его величья мудрости, занес над ним свою плеть, * да устыдится он, когда расточает свою медь.* Мудрец же наделен прекрасной мудростью, да не убоится гордо вперед смотреть, * и лук его мощен и ныне, и впредь.* И хоть прекрасной жены и огромного богатства у него нет, * сияет над ним великолепья свет,* ведь если бы соединилась красота мудрости святой* с богатством и женской красотой* в мудром человеке,* то была бы в нем война между вожделением и разумом вовеки.* И чтобы не было тоскливо глупцу, * захотел Бог пасти его, как убойную овцу, * чтобы возрадовался он прелести венцу* и подобному лилиям лицу.*
Как назначил Он пауку плести свою нить* и мух, залетевших в нее, ловить,* и как назначил муравью тяжкий труд его,* и не разум побуждает муравья, но естество* летом собирать урожай в закрома*, чтобы насыщаться, когда придет зима;* и как заставляет пчел их природа* строить узорные палаты для меда,* так вот, как природа упомянутым неразумным тварям дала благодать*, столь славную работу совершать,* так же Бог дал глупцам свет, * и пожалел их, и утешил суетою сует.* А без этой милости смерть бы их пришла, * и весь мир бы изведал от их злой доли зла –* колоть дрова и черпать воду для мудреца и учителя*, для пастыря и властителя.*
И к тому же, злое начало в нашем сердце с младых ногтей, * не дает нам видеть пoследствия наших дурных страстей.* А желание в человеке природно есть,* ради него отдаст он свою честь. * И сладострастники охотятся на ланей-юниц,* чтобы отстать от блудниц.* И если бы рок отдал красавиц мудрецам и владыкам, * сладострастники наставили бы рога мужам великим.* И оттого судила высшая воля, * чтобы красавицы были глупцов доля,* чтобы глупцы давали им яства и наряды,* а любовники — ласки и услады.*

И произнес я возвышенную речь, и сказал:

Рок отдал мановеньем умной длани
Всех ланей за глупца иль дуралея,
Пускай потеет, силы не жалея
Для яств, одежд, подарков, пожеланий.

Пусть бесятся в обьятьях страстных лани,
Толчет любовник серну веселее,
Целует губы ей, и, вожделея,
Ждет, словно тени — раб, ночных пыланий.

Когда б оленям отдал рок газелей,
Олени бы оленям изменили
Или исчезло бы величье страсти.

Когда б о наслажденьях мы радели
И серн у дураков переманили,
Произошли бы страшные напасти!

Как сладок сон…

Как сладок сон! О, как виденье мило:
Лань, с коей разошлись мои пути
Тому двенадцать лет, и я почти
Забыл о ней. Потом она почила.

И в сновиденьи, неземная сила
Сподобила меня в Эдем войти,
И лань узреть, как будто во плоти,
И ангелов, и вышние светила.

Восход, меня поднявший ото сна,
Сияньем солнца скрыл ее сиянье.
В тот миг мой дух покрыла пелена,

Я понял: то был сон, воспоминанье.
Стал светел мир — душа моя темна,
В ней снова плач и горькое стенанье.

Почто ушел ты от родного крова?..

“Почто ушел ты от родного крова?”
Отвечу я: из-за мирского рока
Я горького испил полыни сока,
Отчаивался снова я и снова.

Я к чарам охладел его — сурово
Меня он покарал, друзья: жестоко
Он горести моей добавил срока,
В сем стане я по воле рока злого.

Я рок возненавидел, все, что мило
Мне было прежде, ибо простодушью
Я покорился — оттого я скуден.

Знал рок, что мне шатры его постылы,
И древо червем источил и сушью.
А может, благо, что мой жребий труден.

Сатира на врачей.

Спеши, о сердце, взять себе в фиале
Иль чудотворной манны полный омер,
Иль гилеадского бальзама хомер,
Чтобы недуг упорный мой прогнали.

С клюкой расставшись, я б не знал печали,
Я был бы словно царь Кедарлаомер:
Он что желал — имел, и старым помер.
Mеня же спасшим — слава и так дале.

Но вы, врачи, да сгинете в мученьи!
Лекарства ваши — ложь и только чтобы
Страдал я больше — ваше попеченье,
Да чтобы ублажить свои утробы.
Обжоры, пьяницы, вкусил леченья
Уже довольно я и пьян от злобы!

Похвала супруге. 

Спросили, как я стал мужам державным
Подобен славой мудрости толикой.
Друзья, благодаря прекрасноликой
Я все, что сокровенно, сделал явным.

Подумал я: не как неблагонравным,
Во власти похотливой страсти дикой —
Моей жене к лицу супруг великий!
И, мудрость накопив, я стал преславным.

Чтоб не сказали про меня: колода,
Лицом как человек, а ум — бараний,
Взял в жены лань, чья прелесть безгранична,

Но чтоб сказали: солнце небосвода
Соединилось с Аш, звездою ранней,
Что паче всех светил ему прилична.

Скажи, о ангел образов… 

Скажи, о ангел образов, ужели
Ты мог от всех занятий отстраниться
И храм построить? Ведь сия юница —
Обитель Бога в совершенном теле!

Ты тайны заключил свои в газели,
В ней достояние твое хранится;
Ей форму придала твоя десница,
И мы, узрев ее, тебя воспели.

Премудры сонмы неба, что подвигли
Тебя создать столь дивное обличье,
Их славы отпечаток в мире этом,

Ведь мы, узрев красавицу, постигли
Их мощь, познали горнее величье,
Озарены ее сиянья светом.

Коль рок слепой 

Коль рок слепой, а мы — его сыны,
То будем же и мы — подобье рока,
Ведь из-за доброты мрачится око
И щеки справедливого — бледны.

Богаты злые, добрые — бедны,
Так, поневоле встав на путь порока,
Быть может, мы поднимемся высоко,
Ведь щедростью во прах мы сведены.

О щедрость! Я твое поставил слово
Перед собой, и я не позабыл
И не нарушил твоего завета,

Но день настал — не чаял я такого,
Что было мерзко мне — я возлюбил,
А что любил — мне стало чуждо это.


Коль небо нам лишенья ниспослало… 

Коль небо нам лишенья ниспослало,
То всё усердие людей — обман;
Успех мерзавцу и злодею дан,
Рок до небес возносит Велиала.

Кто ж не склонится пред лицом Ваала —
Рок сломит их, как глиняный стакан,
Они — жрецов Иезавели стан
В глазах его. На них — его опала.

Поскольку нам за праведность успех
Не подает в награду рок незрячий,
И карой не наказывает грех,
То мне слепым пристало быть тем паче.
К добру не устремлю я мыслей всех —
Быть может, так достигну я удачи.

Сказали лани… 

Сказали лани грозной небеса:
О полно тебе, полной благодати,
Очами затмевать небесны рати,
Ведь посрамила нас твоя краса,

И горних звезд мы слышим голоса:
“Мы алчем в сей сокровищной палате
Блистать!” Не зря ваятель этой стати
Творил усердно эти очеса!

И возроптали светочи денницы,
Рекли Кассиль, Кима и Аш: “О как
Хотим сиять мы на лице юницы!
Ведь сей удел и сладостен, и благ!
А небо зря величием хвалится:
Лишь днем сиянье в нем, а ночью — мрак.”

Книгу можно будет приобрести на сайте университета.


ОТПРАВИТЬ

*

ОТПРАВИТЬ
Ваш комментарий отправлен оператору сайта снижение