next perv

Новый год и хорошие евреи



Четверть века назад, когда автор этих строк приехал в Израиль, по отношению к Новому года в стране царил консенсус: мало кто отличал этот праздник от Рождества, но все были уверены, что речь идет о христианском празднике. Это убеждение поддерживали и некоторые выходцы из бывшего Cоюза.

За последние годы это заблуждение частично удалось рассеять, в том числе стараниями автора этих строк. Однако у многих израильтян, не только религиозных, отношение к этому празднику остается негативным. Так, несколько лет тому назад, Лимор Ливнат, тогдашний министр культуры, заявила, что «хорошие евреи» этот праздник не отмечают.

В этой статье мы не собираемся вступать в бессмысленный спор, праздновать или не праздновать Новый год – этот вопрос каждый решает самостоятельно. Наша задача куда скромнее: попытаться понять, как относилась к этому празднику русскоязычная еврейская интеллигенция.

Сначала, впрочем, скажем несколько слов о самом празднике. Как уже отмечалось, всенародным и государственным он стал только в 30-е годы. Однако высшие классы отмечали его уже во второй половине XIX столетия. Происходило это в семейном кругу, сопровождалось обильным застольем – словом, примерно так, как в известном чеховском рассказе. Те, кому позволяли средства, праздновали не дома, а в ресторанах. По свидетельству современников, наиболее масштабным и разгульным оказалось празднование нового 1917 года: словно предчувствуя последующие события, россияне веселились как в последний раз, невзирая на войну, дороговизну, дефицит и все разрастающийся кризис.

Задолго до встречи Нового года в первоклассных ресторанах – “Эрмитаже”, “Метрополе”, “Праге” и других – все столики были расписаны. Разобрали все, что можно было, у Максима, в “Стрельне”, у “Яра”. Разгул достиг в новогоднюю ночь своего апогея.

Встреча Нового года была везде обставлена торжественно.
В 12 часов оркестры заиграли “Боже, Царя храни”, в бокалах запенились “трезвые” напитки и начались взаимные поздравления.
“С новым годом, с новым счастьем!” После различных пожеланий приступили к кутежу.

С новым годом

Теперь перейдем к нашей основной  теме. И для начала процитируем отрывок из тюремного дневника, приведенный в малоизвестной книге Александры Бруштейн, автора культовой трилогии “Дорога уходит в даль”:

Новый год! В первый раз за эти годы — на людях (в общей камере. — А.Б.). Вечер провели в гаданьях и шутках. Сейчас лежим, некоторые спят, но в 12 часов все-таки «встретим»…Там, в глубине, все то же… И при наружном веселии — гробовая тишина. Никаких пожеланий, ничего, ничего…И все-таки — да здравствует жизнь! Вот он и пришел. Тихо, шепотом, но все-таки «шампанское» (лимон, сахар, конфета), все-таки чокнулись.

Процитированный дневник вел шлиссельбургский узник Владимир Лихтенштадт, эсер-максималист, участник покушения на Столыпина. Как и многие русские революционеры, Лихтенштадт родился в еврейской семье – его родителями были  статский советник Иосиф Моисеевич Лихтенштадт и его супруга Марина Львовна, урожденная Гроссман.

Разумеется, боевик и будущий коммунист, родившийся в обрусевшей семье, вряд ли обладал ярко выраженным еврейским самосознанием. Поэтому следующий текст, тоже тюремной тематики, представляет куда больший интерес:

Я припоминаю, как мы встречали новый 1889 год в Бутырках. Родственники, друзья, товарищи прислали нам в тюрьму кучу тортов, пирожных, конфет и всяких деликатесов, чтобы мы отпраздновали встречу Нового года как можно веселее. Особая комиссия выработала подробную программу предстоявшего вечера. И было в этот вечер на что посмотреть! Декламировали стихи, пели хором, с большим удовольствием мы прослушали нескольких солистов, обладавших довольно хорошими голосами и певших с большим чувством. Затем пошли танцы; несколько гребенок изображали оркестр, и наше «высокопоставленное» «бутырское» общество с наслаждением смотрело фантастический балет, который группа товарищей сочинила и сама же исполнила (Моисей Кроль. «Страницы моей жизни»).

Интересно здесь не только то, что значительная часть празднующих были евреям, но прежде всего личность автора. Моисей Ааронович Кроль принимал активное участие в еврейской жизни (сначала в России, затем в эмиграции), получил известность как защитник жертв еврейских погромов, отклонил предложение креститься, сулившее интересную высокооплачиваемую государственную службу… В общем, никогда не переставал быть евреем.

Однако оставим тюремную тему и перейдем в вещам более приятным. И в связи с этим процитируем один из самых известных фельетонов сионистского деятеля, писателя и журналиста Владимира Жаботинского, чье «еврейство», думаю, в доказательствах не нуждается:

Где я в последний раз пил в эту полночь шампанское и желал соседям несбыточных вещей? А, это было у вас, в вашем городе, в то милое наивное время пять лет назад.

Фельетон написан в 1908 году, следовательно, новогоднее шампанское Владимир Евгеньевич пил в 1903, т.е. до Кишиневского погрома, столь круто изменившего его жизнь и мировоззрение. Однако, даже став пламенным сионистом, Жаботинский не перестал считать Новый год праздником. Об этом, в частности, свидетельствует его письмо Пинхасу Рутенбергу начинающееся такими словами:

60, Bd Montparnasse
Париж 17.1.1930

Дорогой Петр Моисеевич,
С Новым годом.

Жаботинский был не единственным, кто поздравлял с Новым годом бывшего эсера, ставшего сионистом и одним из лидеров палестинского еврейства. Так, в 1933 Рутенберг получил новогоднее поздравление от Амалии Фондаминской, жены видного эсеровского деятеля, внучки «чайного короля» Вульфа Янкелевича Высоцкого.

Новогодние поздравления летели не только в Палестину. К примеру, 12.1.1925 Дубнов с извинениями писал Винаверу:

Дорогой Максим Моисеевич. Посылаю Вам свое запоздалое поздравление с Новым годом. …Чего нам пожелать друг другу на Новый год? Доброго здоровья. О большем и мечтать нельзя…

Знаменитый историк Семен Маркович Дубнов в доказательствах своего еврейства, надеюсь, не нуждается. Винавер более известен как кадет и министр Крымского правительства. Однако свой след он оставил и на еврейской ниве: в 1905 был одним из учредителей Союза для достижения полноправия еврейского народа в России, с 1907 был лидером Еврейской народной группы, участвовал в работе Общества для распространения просвещения среди евреев, в эмиграции участвовал в издании журнала «Еврейская трибуна»…

Список при желании можно продолжить. Однако вывод, полагаю, можно сделать уже сейчас: подобно своим православным товарищам и коллегам, российская еврейская интеллигенция считала Новый год своим праздником и не видела в нем решительно никакой крамолы.

Сергей

Вывод. Решительно никакого нарушения Торы они тоже не видели.


ИРИНА

То, что они праздновали Новый год еще не говорит о том, что они поступали правильно.


Ефим

Да, всё верно. Никакого нарушения Торы. Смею заметить, что к этому празднику евреи имеют прямое отношение.Это ведь день проведения Бриса еврейскому мальчику. По канонам христианства этот день называется – День Обрезания Г-споднего.Тот самый восьмой день от рождения еврейского мальчика (Помазанника).То есть само Рождество – это второстепенная часть главного праздника. Всего лишь плотское рождение христианского бого–человека.
А вот через 7 дней случилось его духовное рождение. И это день, когда состоялся Брит–мила. В этом сакральная суть самого главного и ожидаемого праздника в году.
(да, в юлианской традиции запоздание на 14 дней, соответственно Обрезание Г-сподне будет через 21 день, 14 января)




ОТПРАВИТЬ

*

ОТПРАВИТЬ
Ваш комментарий отправлен оператору сайта снижение